— Спи давай, кто ж такой скорбный на голову, что пиво без градуса покупать станет. Завтра на работу, футурист ты мой.
Глава 24 Рейс "Москва-Свердловск"
Следующий день пролетел незаметно, целая куча руководителей, помощников руководителей и просто сочувствующих постоянно толпилась за спинами Лузгина и Фролова, сидящих перед монитором и пялящихся на волшебный экран. Поначалу в голове нашего героя всплывали кадры из еще не снятого, но уже просмотренного в альтернативном будущем фильма «Такси». Тот момент, когда накуренный бандит учил комиссара Марсельской полиции пользоваться мышью. «Одним глазом смотрим на экран, а вторым на мышь» — примерно так первое время Александр воспринимал инструкции и советы. Особенно обидно ему было, когда он только моргнул, а на экране уже всё изменилось. Как так-то!?
— Сука, ты что сделал!
— Повторяю. Наводишь курсор на папочку, вот эта желтая картинка изображает из себя папку с документами.
— Они что, идиоты? Где они такую папку увидели? Вот, смотри, вот папка! Видишь! Она прямоугольная с надписью, с завязочками…
— Стоп! Саш, у проклятых американцев всё другое. Если я говорю, что это папка — ты повторяешь и запоминаешь — это папка. Папка — хранилище файлов. Файл — электронный документ. И неважно, текст, музыка, картинка — документ и точка.
— Сука, как музыка может быть документом?! — негодованию Лузгина не было предела, обучение оказалось сложнее, чем Фролов обещал.
— Александр Анатольевич, перее… врежь уже этому умнику!
— Я щаз тебе врежу! Заткнись, а то сейчас будешь сам изучать файловую систему.
— Повторяю. В памяти компьютера вся информация записывается циферками, причем только ноликами и…
— Крестиками! А-а! За что, я ж пошутил просто! — а потом начальник локомотивного депо споткнулся о чьи-то ноги. В результате обычный удар локтем под дых спровоцировал его короткий полет. Монументальность Осипова, бывалого охотника и просто крупного мужчины оказалась мнимой. Столкновение головы с тумбочкой отправило его в нокдаун. Шутник через какое-то время встал, покачиваясь, а потом неуверенной походкой пошел блевать. Пожалуй, на памяти Фролова это был первый случай производственного травматизма, связанный с обучением работы в Виндовсе. Голову ломать приходилось не раз, но до сотрясения раньше не доходило. А главное, никто так и не понял, чей локоть отправил начальника депо на больничный. Кроме начальника цеха, а он предпочел промолчать. Хвастунов никто не любит.
— … единичками, — продолжил Фролов — поэтому компьютеру по большому счету всё равно, какой файл хранить и что в нём зашифровано, больничный лист, фотография Осипова или песенка про Чебурашку. Это всё называется документ. Понятно?