Я на миг остолбенел. Слова отказа, к счастью, застряли в горле. Молча протянул руку, принимая. Сбоку раздался узнаваемый растянутый щелчок.

— Sorry, it was so cute*, — с чувством сказала огненно-рыжая женщина и перетянула рычажком пленку. [* Извините, но это было так трогательно.]

Нет, такую бы я, пожалуй, не забыл. Добрая фея генетика щедро закидала ее лицо мелкими неяркими конопушками — больше всего досталось носу, где они действовали в уверенном большинстве, но и лоб, и скулы, и подбородок — никто не ушел обиженным. Веснушки поглядывали с ушей, сбегали по шее… Дальше все было прикрыто строгой белой блузкой, но почему-то под тканью мне явственно представились голые, обсыпанные пятнышками плечи.

Нет, точно не забыл бы. А, значит, что-то изменилось и здесь.

Мысленно пожал плечами: «ну, уж жизнь ленинградского КГБ точно пошла не так — нескучную жизнь я им обеспечил надолго».

История начинает течь иначе, пока в мелочах — вот и практикантов из США, о которых нас предупреждали утром на классном собрании, забросило в другую школу. В прошлый раз их у нас не было — теперь я уверен.

— You are welcome*, — улыбнулся я и еще раз с любопытством осмотрел американку. [* Да на здоровье.]

Рыжие брови, рыжие ресницы… Даже потертая фенечка, выглядывающая из-под наглаженной манжеты, и та оранжево-желтых цветов. В буквальном смысле слов — колоритная женщина.

— Хотите попробовать? — протянул ей гематогенку и пояснил, — it’s a soviet specialty for children*. [*это такое особое советское лакомство для детей.]

Колебалась она не долго.

— Спасибо, — неуверенно покрутила в руках отломанные дольки и недоверчиво принюхалась к ним.

Из-за угла стремительно вылетела хрупкая миниатюрная брюнетка средних лет, которую нам сегодня представили как нового завуча по внеклассной работе. Да-да, знаем мы таких «завучей», с цепким, все запоминающим взглядом, что заботливо пасут приехавших в СССР иностранцев… К счастью, конкретно этот «пастух» — не про мою душу.

Оценив диспозицию, женщина одобрительно улыбнулась.

— А я вас потеряла… — пояснила американке, пристроившись у ее плеча.

— Это же не шоколад? — акцент у приезжей был не столько в произношении слов, сколько в интонациях.

Хотел было пошутить, что это — молоко коров напополам с их же кровью, но сдержался: она мне ничего плохого не сделала. Да и Мелкая свою половину уже почти закончила…

— Сгущенное молоко, мед, витамин С и содержащие железо белки, — перечислил я и слегка подмигнул левым глазом, — партия заботится о наших растущих детских организмах.

— А хорошо, — оценила та, жуя, — правда.