— У, — согласился я и хмыкнул, — да забей! Женщинам положено верить своим ушам, нет?
Вдали послышался разноголосый смех. Из-за угла вывернула и начала удаляться какая-то подвыпившая компания. Софья подняла голову, прислушиваясь.
— Мои, — признала с едва заметным недовольством. Подумала и добавила, — мне лучше уйти.
И она попыталась встать, но я сцепил руки на ее пояснице.
— Эй! — воскликнула она с радостным азартом, — пристаешь⁈ Во детишки пошли!
Я притянул ее и поцеловал в податливые губы. Отпустил:
— С новым годом, Софи, с новым счастьем!
Она поднялась, чуть пошатываясь. На какой-то миг показалось, что на лице ее мелькнула нерешительность, но она мотнула головой, словно приходя в себя, и бросила мне вниз улыбку:
— И тебе хороших отметок, школьничек! — и устремилась за своими.
Я приподнялся на локте, глядя вслед.
«Вроде, только девушки», — подумал с удивившим меня облегчением.
Встал, отряхнулся, посмотрел на свежие следы на снегу. Осененный идеей, выдернул из шарфа нить и замерил, завязав по узелку на концах, длину отпечатка. Тридцать шестой или тридцать седьмой?
«Потом определю», — решил, засовывая мерную нить во внутренний карман, и с легкой опаской покосился на виднеющийся вдали балкончик. Окно за ним было темным, и я выдохнул с облегчением.
С крыши напротив со свистом ушла в небо зеленая сигнальная ракета, и несколько голосов радостно заорали «с новым годом!».
Я посмотрел на часы: без четверти двенадцать.
Странный мне выдался год. Удивительный. Сказочный. Исполнивший заветное желание. Давший шанс.
Запрокинул голову к звездному ковшу и прошептал обещание:
— Ты мне нравишься, мир! Я спасу тебя!
Глава 10
Суббота, 07 января 1978, день
Голицыно, Московская область
Невысокое солнце красило стволы сосен в медовый цвет. По ноздреватому насту ползли на восток голубые тени деревьев. Над миром властвовала тишина, глубокая и всеобъемлющая, и выморозившаяся из студеного воздуха пороша хрустела под ногами, казалось, на всю округу. Генерал дошел до изгиба утоптанной тропы и постоял, вглядываясь в начинающийся закат, а потом с неохотой повернул назад.
Еще немного, еще чуть-чуть, и он будет готов. Он уже примирился с неизбежностью. Осталось подготовиться к разговору — к неприятному разговору с человеком сталинской школы. А, значит, с очень умным, способным быть одновременно и предельно корректным и предельно жестким.
Мужчина запрокинул голову и, придерживая рукой папаху, посмотрел вверх. Из темно-синей безоблачной бездны продолжали беззвучно осыпаться мелкие, искрящие словно алмазная пыль, снежинки. Скоро недлинный день закончится, сменившись ночью, но небо продолжит дарить чудо: из радианта в созвездии Волопаса будут срываться синие звездочки. Квадрантиды в этом году пришли щедрыми, правда, максимум их уже миновал.