решилась, как они, подставить ноги огню. Стало намного теплее. — Ты в кошмаре, но это не сон, — сказал один из мужчин, бородатый и с буйной гривой тёмных кудрей. — Почему вы не разговариваете друг с другом?! — Ядан любит послушать, о чём мы говорим, поэтому мы молчим, — ответила ей женщина с развевающимися светлыми волосами. Время от времени она заплетала их в косу, но без ленты, которой у женщины не было, они становились лёгкой добычей ветра. — Ядан? — Это имя ей тоже ни о чём не говорило. — Я знаю язык жестов, — с надеждой сказала Луиза. — Он тоже. Пламя освещало их безрадостные лица. — Он мог бы держать нас в неподвижности, взаперти, но предпочитает изучать, как букашек, — сказала совсем юная темноволосая девушка с нежным лицом. — Наблюдает за нами, как мы наблюдаем за муравьями. Луиза невольно оглянулась. Глубокая тьма окутывала безжизненную равнину. Ветер завывал, пронизывая её насквозь, и вдруг пахнул чем-то живым, настоящим — горьким и отвратительно-кислым, таким знакомым, что она едва не опознала его. …Наконец все заснули с засунутыми в костёр ногами. Луиза несколько раз просыпалась и поняла, что ночь была ненормально долгой, если не бесконечной. И ни жажды, ни чувства голода… — Когда наступит утро? — спросила она лежащую рядом длинноволосую. — Когда захочет Ядан. …Сквозь сон она услышала, как они переговариваются, собравшись на той стороне костра. — Утром память к ней вернётся хотя бы частично, и если она назовётся Луизой, то это та самая тварь, — говорил бородатый. — Надо провести её к Ржавым холмам и приклеить, пусть помучается как следует. — Ядан тебя самого приклеит, — безучастно заметил другой. — Да он только обрадуется! Думаешь, зачем её сюда закинули? Разве не для этого? — Ты прав, Нобль, я узнаю её, — сказала длинноволосая. — То же вытертое пальтецо, в котором она всегда ходила… кудри, голубые глаза… — Женщина неожиданно всхлипнула. — Если бы я могла, я бы их выколола… я бы даже… — Тихо, Эна, — оборвал бородатый. — Она может услышать. Ветер в её сторону. Если я Луиза, мне конец, подумала она, похолодев. Стоп! Всего одна ночь в этой ловушке, и ты уже сдалась? Если бы я могла, сказала длинноволосая. Но она не может! И остальные тоже. По какой-то причине они могут мстить ей только в Ржавых холмах. Стараясь не привлекать внимания, она проверила карманы брюк и пальто, рассчитывая найти хотя бы нож. Пусто… Она долго лежала без сна, напряжённо пытаясь что-нибудь вспомнить, потом заснула. …Светлело, и прогревался воздух — похоже, наступило долгожданное