Она даже забыла про статьи в газете. Все её мысли были заняты разрывом с женихом. А я не торопил её, слушал и попивал чай.

Но Анжелика всё-таки вспомнила, зачем позвала меня.

— Ах да, вы же за статьями приехали, а я всё о себе болтаю. А вам, наверное, совсем неинтересно, — она вскочила с дивана взяла с письменного стола стопку бумаг и положила передо мной. — Это копии. Оригиналы в архиве хранятся. Но и здесь всё понятно. Вот статья от две тысячи восьмого, а вот от две тысячи пятого. И везде говорится о планах уничтожения ОПКТЭ с помощью свето-эфирных бомб. Тогда свободно писали об этом, а потом все резко замолчали.

Взяв одну из копий, я пробежал её глазами. Статья описывала проект под кодовым названием «Чистое поле», в рамках которого предлагалось существенно снизить, а потом и вовсе уничтожить области с повышенной концентрацией тёмного эфира.

— А ещё я связалась с журналистом, который готовил вот эту статью. Здесь его телефон на обратной стороне записан. Так вот, оказывается, он работал в Нижнем и даже бывал в вашей лаборатории. Вам надо обязательно с ним поговорить. К сожалению, он много не рассказал. Мне кажется, он боится. Всё-таки дело секретное.

Я углубился в чтение и обнаружил упоминание о том, что проект «Чистое поле» являлся частью некой международной инициативы. Сразу же появилась мысль, что данный план, возможно, был изначально направлен на ликвидацию ОПКТЭ главным образом в Российской империи, что её сильно ослабило бы. А не могло ли случиться так, что Прозоровских обвинили в предательстве короны вполне заслуженно, поскольку они своими действиями подрывали государственную безопасность?

— За границей что-то подобное делается, не знаете? — спросил я.

— Ой, я не интересовалась. Как будто тоже не торопятся. Хотя, может быть, подвижки какие имеются. Надо бы поискать информацию.

— В любом случае спасибо вам больше. Эта информация может оказаться очень ценной.

— Всегда пожалуйста. Я ведь сама хочу докопаться до правды. Для меня это важно. Если от нас что-то скрывают, их надо вывести на чистую воду. Кстати, я рассказала о вашей ситуации нескольким знакомым, и всё они на вашей стороне.

— А вот это было лишним, — я собрал в стопку бумаги. — Не хотелось бы афишировать.

— Так я ведь всего троим рассказала. Одного вы уже знаете — это Игорь Махов. Потом ещё одному приятелю по академии и моей близкой подруге. Я им доверяю. Мы договорились молчать. Все понимают, сколько важное дело на кону. И они все захотели с вами познакомиться.

— Всегда рад новым знакомствам, но, увы, пока слишком много дел.