— Что-то узнал? — спросил я.

— В квартире мне никто не открыл, — ответил Ерофей. — Я пошёл соседей опрашивать и нашёл по одного старика, который знал Ситкина. Говорит, Ситкин действительно раньше проживал здесь, а лет десять назад переехал в Черноречье.

— То есть он вернулся на работу?

— Получается, так. Наверное, Воротынские обратно взяли всех сотрудников, которые на вас работали.

— Контакты есть?

— Да ничего у него нет. Но мне удалось выяснить, что здесь до сих пор живёт сын вашего учёного — Василий Ситкин вместе с семьёй. Только сейчас все на работе. Днём дома никого не бывает.

— Где он работает?

— Да в какой-то конторе в центре города. Старик не помнит название. Придётся ждать. Обычно Василий возвращается вечером, часов в восемь-девять.

Я посмотрел на часы. Было полпервого. Целый день придётся торчать здесь без дела.

— Ваша светлость, мы можем обратно поехать, а я ребят сюда пришлю сегодня или завтра вечером, — предложил Ерофея, почувствовав моё недовольство.

— Нет. Раз уж приехали, доведём дело до конца, — рассудил я. — Поехали обедать.

Мы отправились в центр города, поели в каком-то неплохом трактире, почти ресторане, после чего Ерофей повёз меня показывать места, где раньше жили князья Прозоровские. У них была квартира в центре напротив кремля, а в пригороде — особняк. До него мы тоже добрались. Здание пустовало, брошенное на произвол судьбы. За ржавеющей оградой виднелся заросший сад, среди которого желтели стены большого старинного дома, украшенного лепниной в стиле барокко.

Часам к семи мы снова оказались во дворе среди серых четырёхэтажек. Ерофей пошёл посмотреть, не вернулся ли Василий Ситкин, но какая-то женщина из-за двери ответила, что его нет. Мы продолжили ждать.

На улице стемнело, и двор освещали только тусклые фонари, что крепились на стене у подъездов. Вечером стало чуть более людно. Народ возвращался домой с работы, а неподалёку появилась компания из пяти парней в спортивных костюмах, устроившихся на лавочке возле стоек для сушки белья.

Часов в восемь на стоянку подъехал очередной старый автомобиль малого класса. Из него вылез пузатый коротышка в плаще и направился вдоль дома в нашу сторону.

— По описанию похож, — сказал Ерофей. — Интересно, он?

— Пойдём спросим.

И тут мимо нас прошла молодёжь в спортивных костюмах, сидевшая прежде на лавочке. Парни преградили мужчине дорогу, и между ними завязалась беседа. До нас доносились наглые голоса ребят, приставших к прохожему явно с не слишком хорошими намерениями. Мы с Ерофеем выскочили из «Гамаюна» и поспешили к компании.