За спиной лиговца из пола и теней начало подниматься нечто масштабное и противоестественное. Чёрный контур, состоящий из клубящейся энергии, обретал форму, вытягивался вверх и в стороны. Голова с раздвоенным языком, капюшон на длинной шее и тело, покрытое чешуёй, сотканной из мрака. Это был огромных размеров ядовитый змей.

Его глаза вспыхнули тусклым фиолетовым огнём и уставились прямо на князя. Каждая пуля, вошедшая в тело магистра, белой горошиной появилась и перенеслась на тело змеи, а через пару мгновений исчезла, растворившись без остатка.

«Вот чёрт! Магистр Вортазид сразу использовал свою проклятую змею!» — выругался Авулус.

Кое-что он знал об этом человеке, как и об остальной верхушке Лиги. Всё же он работал на них, будучи двойным агентом, и совершил огромную диверсию, из-за которой этот жестокий ублюдок и пришёл за ним и его отрядом на турнир.

Авулус знал немногое о сегодняшнем противнике. В основном лишь слухи тех, кто чудом пережил встречу с ним. Он приходил за теми, кто сильно насолил Лиге. И помочь тем, с кем он оказался на тропе войны, может только чудо. Характеристики, по слухам, в два-три раза превышали стандартные у самых элитных бойцов. И магистр предпочитает убивать лично и не торопясь. Но самое паршивое заключалось в другом: Вортазид практически неуязвим из-за своего божественного покровителя, которому он посвящает своих жертв. Тот оберегает его от ранений и защищает от гибели, берёт на себя многие раны. Авулус даже выяснил название этой техники, данной по имени божественного покровителя, — «Тень Атиды».

Князь, похоже, пришёл к такому же выводу. Его фигура превратилась в размытое пятно, мечущееся сквозь пространство между колоннами. Он атаковал змея, обрушивая на него удары пылающего клинка, и с каждым касанием от твари отлетали клочья чёрной энергии. Змей шипел, извивался и восстанавливался, затягивая раны тьмой.

Авулус перевёл взгляд на ящеров. Шестеро чешуйчатых бойцов не стали ждать, пока их хозяин разберётся с князем. Они рассыпались по залу, а марионетки полезли из каждого бокового прохода, как тараканы из щелей.

— В строй! — рявкнул Авулус и выхватил меч.

Серая энергия окутала его клинок. Его личная стихия — сплав тьмы и света, пожирающий чужую магию и обрывающий усиления. Первый ящер телепортировался за спину Дестро, но щитовик развернулся вовремя и отбил удар кривого клинка. Авулус шагнул навстречу второму и полоснул поперёк груди. Серое лезвие прошло сквозь магический щит ящера, не замечая его, и рассекло нагрудник. Ящер отшатнулся, зашипел и исчез, извергая из своей пасти проклятья.