А он, идиот, собственными руками отправил ее за городскую стену.

И если она мертва, то это его вина.

Эш был готов расстаться с ней и больше никогда не встречаться, но допустить ее смерть — никогда.

Бэл слишком красива, чтобы умереть.

И пусть эта женщина дарила ласку любому, кто к ней приходил. Для Эша имело значение только то, что и ему от нее досталось тепла, которого он никогда не знал. Фальшивого, продажного — да какого угодно. Но — тепла.

Бэл должна жить. А он не должен стать причиной ее смерти. И если только она все еще жива, Эш вернет ее.

Если только Бэл все еще жива…

— Сучий дингир, — прохрипел Эш.

И во всю глотку, задыхаясь от ярости, проорал.

— Ты меня искал? Так вот он я! Вот он я!!! А где ты, паскуда?!

Эш стащил с себя безрукавку, чтобы полностью освободить ворона.

На его худом жилистом теле сияли сразу две стигмы.

Древо дингира стало ярким и выпуклым. Его длинные мясистые ветви едва заметно шевелились, как от ветра.

Знак ворона тоже изменился. Черно-синяя отметина значительно увеличилась, протянулась через позвоночник и начала разрастаться на второй лопатке.

И вот теперь, когда ничто ее не скрывало и не сковывало, истинная сила ворона вскипела в жилах Эша, наполняя его пьянящим ощущением внутренней мощи.

Где-то неподалеку доносился топот ног по тропе — это спешила стража.

Но Эшу было плевать на них.

Он больше ничего не боялся.

Это теперь пускай они боятся его.

— Дингир!!! — взревел Эш, хватая своего мертвого врага за шею и с легкостью приподнимая от земли на высоту своего роста. — Ты искал меня? Так приходи, тварь! Прямо сейчас! Я не стану ждать до заката!

Стражники, высыпавшие из зарослей кустарника, в нерешительности замерли.

Эш перевел на них взгляд, и воины, побледнев, попятились.

Потому что каждый из них в его глазах увидел смерть.

— Спаси нас акада… — прошептал один из стражников, исподволь опускаясь на колени перед единственным богом, которому поклоняются люди любого круга. И Внутреннего, и Внешнего.

А Эш швырнул наземь свою окровавленную жертву, схватил мертвеца за ногу и поволок за собой в город, ускоряя шаг.

Гори все огнем.

Нечего больше жалеть. И прятаться тоже больше незачем.

Потому что прячется только тот, кто боится, а Эш сейчас не боялся ничего.

Он — не вор, не беглый преступник и не разбойник.

А дингир, участник царской охоты, призванный породить новую акаду! Не раб, а будущий победитель. Он пришел положить начало великой войне людей против скотов, и это случится не в темном углу вдали от чужих глаз, а при свете дня на виду у всех!

И пусть все запомнят, каково вставать у него на пути.