— Скажи, Смотритель, а что ты понял про Танаид? На уровне ощущений я и сам понимаю, что там всё и все неправильные, но выразить словами… только нецензурными. Они там все е…нутые.

— Общество, не способное к развитию ни эволюционно, ни революционно, обречено. Причины неспособности не важны, — после короткого смешка на мою характеристику обитателей Танаида Чжун Ни, как полагается гению, за словом в карман не лезет. Завидую молча.

— Это одна из многих возможных формулировок. Наиболее подходящая вашему времени и миру, повёрнутому на рациональности. В старые времена лаконичные тезисы часто заменяли притчами, более понятными простому народу. Например, библейская притча о десяти праведниках, само наличие которых спасло от уничтожения город, впавший в беззаконие.

— Таких на Танаиде не нашлось, — задумчиво глажу Барсика, блаженно прижавшего уши. Кое-что в словах про котика меня царапнуло. В самом начале разговора.

— Не нашлось. Кроме Юлии, которая всё равно погибла. Нет праведников — нет надежды.

Там ещё крестьянка одна попадалась. Однако смертельно больная. Болезнь в той стадии, что она наверняка не дожила до конца моих приключений.

— Так что наш списанный в утиль Танаид — общая могила для всех. И для аристократии, и для низших, — продолжает рассуждать Чжун Ни. — Живут они по-разному, а конец один — всеобщая гибель. Ещё обдумываю одну мысль. Феодализм возможен, как исторический этап любой страны. История это ясно показала. Но вот возможны ли при феодализме такие чудеса техники, как телевидение, смартфоны и автомобили? Полагаю, нет…

Слушаю его с ослабевающим вниманием. Что мне до его вселенских проблем? Особенно, когда на коленях лежит мурчащая кошачья морда.

— Ещё интересная проблема. Многие создатели миров, не задумываясь о неизбежных последствиях, внедряют в феодальное общество магию, — мерно рассуждает Чжун Ни. — А ведь это очень быстро должно приводить к социальному взрыву и резкому социальному обновлению. Маги не могут, будучи очень сильны, оставаться в числе бесправных сословий. Права феодалов так или иначе ограничиваются…

Доходит до меня! Он сказал про леопарда, что не забрал его, а вернул! И появлялся Барсик очень вовремя. Опять же не стал мной закусывать, когда мог.

— Смотритель, а Барсика ты ко мне прислал?

Чжун Ни тонко улыбается.

— Оставь мои хитрости мне. Сразу скажу, что реальная опасность для тебя всё равно была. Работодатель обязан заботиться о работниках, но часто риск — неотъемлемая часть профессии.

Новый день

Начинаю ценить свободу. Не только в сверхурочных дело, но Автократыч любит выдёргивать в выходные. Кстати… когда заканчиваю отжиматься — решительно увеличил длительность зарядки до получаса, — берусь за телефон и отключаю его. Звонков от близких не жду, Лера самоотменилась. В последнее время не меньше девяти звонков из десяти исключительно по работе. Так что пусть все идут лесом, меня нет, я — болею.