Выныриваю в реальность и прыгаю в глубокую придорожную канаву — по счастью, почти сухую.
— Он что же, в канаву упал? — недовольно спрашивает девушка. — Какая досада! Мне надо характер повреждений еще оценить…
— Прикажете достать тело, ваша милость? — мужской голос, видимо, лакей или кучер.
— Да, достань… Хотя нет, постой. Поздно уже, мы и так опаздываем. Не страшно, не последний на свете низший. Завтра без спешки повторю на ком-нибудь и тогда уже оценю характер повреждений. Поехали.
Глава 7 Долгожданная цивилизация
Вот она, долгожданная цивилизация! Издали городок, раскинувшийся на трех холмах, довольно живописно смотрится в лучах заходящего солнца. Превозмогаю усталость и ускоряю шаг.
Дорога сюда заняла не три и не четыре дня, а все пять. Первые ночи я спал в стогах сена — это оказалось совсем не так романтично, как показывают в фильмах о странствиях. Проклятущее сено лезло повсюду, и кожа немилосердно чесалась. На третий день зарядил дождь, да и провизия подошла к концу, так что пришлось договариваться о ночлеге и миске каши в обмен на медицинскую помощь — благо нуждающихся хватало. Во второй деревеньке, прослышав о бродячем лекаре, ко мне заявился сам староста и стал предлагать задержаться на несколько дней, излечить страждущих за разумную оплату; но глаза у него были такие же хитрые, как у давешнего владельца хутора, и я решил, что с жадной и тупой деревенщиной связываться больше не буду. В городе есть шанс найти деловых партнеров, заинтересованных в долговременном сотрудничестве.
Потираю левую щеку. Хотя заклинание аристократки зацепило меня по касательной и оставило только царапину, заживать эта царапина упорно не хотела, обещая превратиться в романтический шрам. Хотя сразу оказал себе через Тень первую помощь, остановил кровь и обеззаразил рану, ткани регенерировали слабо, как ни пытался запустить процесс. Получается, магия в Танаиде ранит навсегда. Вот такие пироги с котятами.
Вблизи городок — Пурвц, вроде бы — далеко не так живописен, как выглядел издалека. На тротуары нет и намека, улицы тонут в грязи, сточные канавы воняют отвратительно. На вежливый вопрос «как пройти на постоялый двор?» соизволил ответить только четвертый по счету прохожий, остальные ругаются сквозь зубы и уходят по своим делам.
— Ночлег — пять монет! Ужин — столько же! Деньги вперед! — приветствует меня хозяин постоялого двора, маленький лысый толстячок.
— Доброго вечера. К сожалению, у меня сейчас при себе всего четыре монеты, но я лекарь и готов отработать…
— Пшёл отсюда, вонючий бродяга!