Винокуров очень быстро вскочил, грязно выругался.
— Вацлав Адамович! Господина Винокурова перевести на месяц в санитары! На два. А вам штраф.
— Он… был трезв на утреннем обходе. Потом получил какую-то срочную телеграмму, попросил отлучиться…
— Вот и наотлучался. В нем литр белой сидит. А то и больше. Устройте ему промывание.
Краем глаза я заметил, что в мою голову летит кулак, присел под нем. Винокурова развернуло, потом еще раз. Наконец, он остановился, посмотрел на меня, как бык на красную тряпку:
— Сатра-апы… Отольются вам наши страдания.
Фантасмагория нарастала. Нет, ну что за семейка? Сначала Винокуров-младший мне делает нервы. Теперь еще и старший пошел в разнос. А ведь был таким спокойным, рассудительным.
— Какие страдания?
— Да что говорить с ним, пьяным. Я сейчас уведу его в процедурную, — Моровский протиснулся мимо меня, спустился по ступенькам.
— Что смотрите? На варьете пришли⁇ — накинулся я на любопытных санитарок, по-прежнему торчащих в окнах — Сбегайте кто-нибудь, позовите Жигана!
Зрителей заметно поубавилось.
Не дожидаясь появления безопасника, я закончил свое участие в этом шоу, зашел в здание. Нет, до чего же погано! Все настроение насмарку. И как теперь писать поздравительную речь⁇
Глава 24
ПЕТЕРБУРГЪ. По всеподданѣйшему докладу министра внутреннихъ дѣлъ, Государь Императоръ Высочайше повелеть соизволилъ: объявить строгiй выговоръ помощнику московскаго оберъ-полицмейстера, числящемуся по полевой конной артиллерiи, полковнику Рудневу и состоящимъ по армейской кавалерiи: полицмейстеру московской городской полицiи полковнику барону Будбергу и чиновнику особыхъ порученiй при московскомъ оберъ-полицмейстерѣ подполковнику Померанцеву за упущѣнiя по службѣ, обнаруженныя слѣдствiемъ по дѣлу о несчастномъ событiи 18-го мая сего года въ Москвѣ, на Ходынскомъ полѣ.
ЛОНДОНЪ. Вотъ уже третiй разъ, что англiйское правительство откладываетъ билль объ охраненiи жизни углекоповъ. Съ 1851 года убито 49,261, а изувѣчено всего 4,500,000.
ПАРИЖЪ. Завѣдывающему институтомъ Пастера доктору Мечникову пожалованъ офицерскiй крест ордена «Почетнаго легiона».
Наверное, чтобы увести в сторону от тяжелых дум, сотрудники «Русского медика» решили меня отвлечь. Как утверждал академик Павлов, если ты работал головой, то для отдыха достаточно покопать землю. И наоборот — носильщикам помогает решение сканвордов. Других причин вовлечения меня в бесконечный дурдом скоропомощного стационара я не вижу.
И кого послали вперед на амбразуры? Правильно, Викторию Августовну. Остальные испугались. Она вошла в мою квартиру по привычке без звукового сигнала. Замок я не менял, а ключ девица Талль решила не сдавать. Ладно, не будет же она воровать смену нательного белья и комплект чайных кружек. Пусть пользуется, если так надо. Но постельное на всякий случай велю сменить от греха подальше.