— По сравнению с тем, что теперь, да это был бы, пожалуй, роскошный выбор.
А если б порывом ветра его унесло черте куда?
— Зато теперь его увезло хрен знает каким мусоровозом на хрен знает какую свалку. И у нас нет даже теоретических шансов его отыскать.
Я ж попросил уже за этот косяк прощения…
— Попросил он, блин… Лучше б ты, Каспер, вообще, оставил там все, как есть. Чтоб пакет спокойно провисел до ухода полицейских на застекольной веревочке.
Да, среди вариантов, был и такой. Самый первый.
— Млять! Ну вот и нахрена ты мне об этом рассказал? Дескать, был у меня, братан, шанс не обосраться, но я его замечательно просрал.
Погоди, но они ж, инспектора в смысле, увидели эту вашу заначку за стеклом?
— Это кто тебе такую чушь сказал? Твой приятель Контролер?
Нет… Тое сеть: да… То есть, он не то, чтобы сказал, а скорее показал. Меня там как бы на короткие отрезки времени возвращало обратно в тело. И в эти моменты я увидел: как вы привязываете пакет к форточке, и выбрасываете его наружу на веревке. А потом еще: как полицейские обнаружили что-то подозрительное в комнате Ва Гоня, и мой друг от страха даже потерял сознание.
— Просто ссыкун твой друг, — хмыкнул я. — Что, впрочем, и неудивительно при такой-то фамилии.
Давай только без этих твоих непонятных приколов.
— Слышь, Каспер, давать тебе жена будет. Ежели, конечно, повезет обратно в тело когда-нибудь вернуться. В чем теперь уже я не очень-то и уверен.
Хорошо, Ва Гонь — трус, признаю. Но ты, ведь, не станешь отрицать, что полицейские обнаружили ваш тайник. И не арестовали вас потом лишь потому…
Мое истерическое ржание заставило оппонента растерянно примолкнуть в голове. Я же так хохотал, что, не удержавшись на ногах, даже рухнул коленями в сугроб.
— Да будет тебе известно, дружище Каспер, что нихрена ничего подсудного легавые в комнате Ва Гоня не нашли, — успокоившись, я понялся на ноги и, зашагав дальше к нашему подъезду, продолжил прерванный разговор. — Прикинь, этих фигляров в полицейской форме заинтересовали марки нашего ушастика…
Не называй так Ва Гоня!
— Да пошел ты! — беззлобно отмахнулся я. — В общим, старший в паре инспекторов тоже оказался заядлым филателистом. И, обнаружив к коллекции Ва Гоня редкую марку, стал уговаривать ушастика продать ее ему. Вот, собственно, и вся интрига случившегося в комнате Ва Гоня кипиша… Сторговав у ушастика дурацкую марку, легавые тут же чуть не вприпрыжку сдристнули из квартиры Сы, и мы, получив наконец доступ к тайнику за окном, обнаружили там, вместо пакета с дурман-травой, лишь гребаный обрывок веревки. — Заканчивал затянувшееся объяснение я, уже шагая по лестничным ступеням внутри подъезда.