— Э-э, хорош там обниматься, девочки, и живо дуйте на выход! — распорядился второй охранник, получивший прозвище контрацептив.
— Или, если вам здесь так уж понравилось, мы можем запросто продлить удовольствие, — угорал дальше козлина.
— Живо, кому сказано! А то сейчас дубинками обоих живо согреем! — стал стращать злыдень контрацептив.
Это было пипец как сложно, замерзшие конечности почти не слушались, и ведь еще пришлось практически волоком тащить сбоку за подмышки парализованного холодом ушастика.
Но я справился.
И в коридоре от охранников за длительное ожидание получил славный бодрящий «массаж» дубинками по хребтине.
Обезьяны тупорылые даже не просекли, что спина моя в карцере задубела настолько, что я толком не почувствовал ни одного из доставшейся ей полудюжины ударов. Своим наказанием ушлепки, наоборот, кровь помогли разогнать в замороженных мышцах спины.
Убедившись, что сами мы идти временно не можем, охранники, разумеется, не захотели стать нашими носильщиками, и вынуждены были расщедриться на лишнюю пятиминутку для восстановления арестантов.
В теплом коридоре процесс «разморозки» пошел семимильными шагами. Вскоре все мое тело зудело и чесалось. Судя по раздающемуся рядом кряхтению и шмыганью носом, Ва Гонь тоже достаточно быстро приходил в норму.
Долго «отмокать» у стеночки тюремщики нам, разумеется, не позволили. Едва мы стали шевелить ногами, борясь со сводящими мышцы судорогами, нас заставили ковылять по коридору к очередной камере. По дороге, с разрешения охранников, Ва Гонь стянул с себя мою толстовку и вернул ее мне.
Несколько коротких коридоров, и вот перед нами отпирается очередная массивная стальная дверь.
— Смотрите здесь не начудите, проблемные, — напутствовал нас юморной охранник-козлина.
— Не то живо обратно в карцер загремите, — вторил ему мрачный напарник-контрацептив.
И первым же, кто бросился мне в глаза здесь, когда вместе с ушастиком мы перешагнули через порог камеры, оказался злорадно ухмыляющийся Кабан, со здоровенным фингалом на полхари… Вот и как, спрашивается, с ТАКИМ соседом обойтись без мордобоя?
Дверь за нашими спинами лязгнула запираемыми замками.
Ой, а где это мы? — еще через мгновенье раздался в голове довольный голос вернувшегося Каспера.
Как в этот момент я не сорвался на трехэтажный мат? — это воистину неразрешимая загадка.
Глава 33
Из своего укрытия Ву Хо увидела, как полицейские выводят из подъезда, вместе с тройкой бандитов, закованных в наручники Ва Гоня с Бин Санем. И, в отличии от живчика-толстяка, который шел самостоятельно, худышку брата до автозака буквально тащили под руки. В свете уличных фонарей Ва Гонь показался сестре очень бледным, а еще распахнутый ворот его светлого пуховика был густо залапан кровью, хотя видимых повреждений на его лице Ву Хо не заметила.