— Ух ты! А как ты догадался-то, что дома ее еще нет? — восхитился из прихожей Ва Гонь, на свой лад растолковавший мое заявление. — Че-т задерживается сестренка-то. Как думаешь, Бин Сань, возможно, в пробку на такси встряла?
— Да фиг знает, — проворчал я, проходя следом за ушастиком в квартиру и захлопывая за собой дверь.
— Хотя откуда пробки воскресным-то вечером? Просто задержалась чутка, и сейчас точно подтянется… — практически одновременно стащив с себя пуховик с рюкзаком, ушастик вытащил пакет и ускакал с ним в сторону кухни. Он и в коридоре продолжил еще что-то болтать о всякой ерунде, но, отчаянно сражаясь с навалившимся опьянением, я перестал уже его слушать.
Дабы прочистить мозги, я продолжил начатый еще в подъезде (и по пьяной лавочке даже частично озвученный) мозговой штурм.
Сказанув перед дверью по ворчуна, разумеется, я имел в виду Каспера, который, сгинув из головы в районе третьего этажа, до сих пор так и не вернулся обратно. Значит, этот несносный тип вновь забил на самый простой из вариантов, предложенных высшей силой (ведь в противном случае, он бы мгновенно отскочил обратно в наше тело). Походу Каспер (вот ведь голова бедовая) опять поставил на какую-то роковую неожиданность. И ведь не спросишь теперь у изолированного на час или два прохиндея!
Ладно, снова сами будем выруливать, не впервой. Авось, на сей раз подстава от нежданчика накроет не нас с ушастиком (типа, снаряд два раза в одну воронку не падает), а по полной оторвется на отморозке Кабане… Однако, если ж снова накроет нас, то текущая жопа, к гадалке не ходи, трансформируется в полный писец. Но до этого (я очень-приочень на это надеюсь!) не дойдет. Ну, в конце концов, должно же нам тоже когда-нибудь повести…
— Эй, Бин Сань, ты чего тут у двери завис-то? — вывел меня из задумчивости настороженный голос вернувшегося в прихожую Ва Гоня.
— А? Что?.. — я прислушался к текущим ощущениям. Определенно, напряженные размышления помогли: меня больше не штормило и мысли не путались. Но отступившее опьянение, ожидаемо, сменилось знакомой ноющей болью в затылке. Походу, своим экспресс-методом я спровоцировал раннее похмелье.
— Вот говорил же: не надо тебе пить! — Ва Гонь в сердцах швырнул на пол совок со щеткой. Походу «друган» мой времени даром не терял и, в преддверии важной встречи, затеялся на скорую руку прибраться в заваленным после скандала осколками кухне и коридоре.
— Ой, хорош нагнетать. Нормальный я, — проворчал и невольно скривился от головной боли.
— Ага, нормальный… В зеркало глянь на себя. Глаза пьянючии. И еще любится тут… Тьфу! Аж противно!