— За почти год, — уточнил я. — Ну да, потеряла.

Арна покачала головой, явно не находя слов от удивления.

— Когда у Вельда украли силу, он скитался двести лет в поисках возможности вернуть своё, и Крисса скиталась вместе с ним. Крисса славилась своей красотой, да и сейчас славится. Она без труда нашла бы себе нового мужа, но у неё даже мысли такой не возникло. Она верила в своего избранника, и этой веры хватило бы на сколько угодно. А Вельд через двести лет полностью вернул украденное, и с тех пор его знают, как Повелителя Вельда. Ну хорошо, пусть не двести лет, но год! Всего лишь год! Зачем тебе понадобилась такая женщина?

— Гм, — промычал я, совершенно не представляя, что на это можно ответить.

— Но я понимаю, что ты просто ошибся, — вздохнула она сочувственно. — Среди женщин действительно встречаются такие хитрые змеи, и не всегда просто их распознать.

Я буркнул что-то отдалённо похожее на согласие. На самом деле на Дашку я обиды не держал, хотя при расставании она наговорила мне немало неприятных слов. Но обсуждать её, а тем более ругать, у меня не было ни малейшего желания.

— Всё равно непонятно, — задумчиво сказала Арна. — Я ещё могла бы понять разочарование, будь ты холопом, который никуда не стремится и готов всю жизнь провести в хлеву. Но даже мне за время нашего короткого знакомства стало ясно, что ты можешь пойти далеко, очень далеко.

— Давай сменим тему, — предложил я поморщившись.

— Не хочешь её осуждать? — понимающе кивнула она. — Достойно. Хорошо, не будем о ней. Значит, тебя никто не ждёт. Может, у тебя высокое положение в своём мире?

— Вот уж точно нет, — усмехнулся я. — Там я как раз ничего не достиг, так что та девушка всё-таки оказалась права.

— У тебя хороший дом? — последовал новый вопрос. — Ты богат?

— Обычный мещанский дом в захолустном городке, — пожал я плечами. — Лучше крестьянской избы, но не сказать чтобы намного. Собственно, он и есть всё моё богатство.

— И ты уже говорил раньше, что там у тебя не было способностей магика, — подвела итог она. — То есть там у тебя нет совершенно ничего — ты почти нищий, и должен подниматься с самого дна, верно?

— Сформулировано резковато, но в целом верно, — неохотно признал я.

— Тогда в чём состоит твоя цель? — она вопросительно посмотрела на меня. — Ты говорил, что хочешь вернуться домой, но там тебя не ждёт ничего, кроме нищеты. Так зачем?

И в самом деле — зачем? У меня там нет ничего, кроме родительского дома. Меня никто не ждёт — да что там ждёт, про меня никто и не вспомнит, кроме Сухого, который выдал мне аванс, ничего не получив взамен.