Контур за контуром. Слово за словом. Энергия Разлома и Эпицентра пожиралась стихиями полностью, а затем переходила в меня. В пустую оболочку человеческого тела.

Из десен брызнула кровь, как и из глаз и ушей. Раны открывались и закрывались, а также появлялись новые. Стихии не знают жалости. Им не ведома пощада. Молнии и Огонь обжигают, а Вода и Лёд замораживают кожу. Земля и Воздух дробят кости, разрывая мышцы. Барьер Крепости и Гнева остались безучастны, но так лишь казалось. Они были связующим звеном. Парламентёрами, сдерживающими стихии в узде.

Сколько я продолжал свой танец, находясь на грани жизни и смерти? Не знаю, но долго. В прошлый раз это заняло почти сутки и я чуть не сдох. Но теперь легче, в разы легче, особенно со знанием, какая подготовка нужна.

Печать Изначальных Стихий была почти завершена, но под самый конец, находясь на грани, я пошёл ещё дальше, уйдя внутрь себя и начав срывать печати, сдерживающие меня до этой поры. До стелы не доберусь, но подойду очень близко! Максимально близко, не разбудив Краз-Ан-Гора!

Если ранее энергия практически иссякла, впитывавшись в Барьеры, то теперь вспыхнула вновь и приняла не голубоватый цвет, а золотой! Моя энергия! Моя душа!

Мне не нужно было открывать глаз, чтобы увидеть — в небо ударил потоком ревущего золотого пламени! Столь великолепного и столь опасного! Реши я провернуть нечто подобное дома, то это было бы заметно. Эмиссары если и поняли, что я Охотник, то вряд ли знают, какой именно. Ну ничего, скоро я с ними встречусь и тогда они поймут! Этот мир не станет второй Славией! Его не поглотит Скверна!

—Latis… Olata rae Krasat…Listra kras! Listra!

Печать была завершена, а когда моя сила стремительно вернулась обратно, то резко замер, закончив движение.

Тишина… Земля больше не дрожала, а ветер исчез. Ранее он ласкал моё лицо, но теперь его не было.

Медленно, растягивая момент, я открыл полыхающие золотым пламенем глаза и выдохнул облачко наэлектризованной энергии.

Трупы гарпий исчезли, будто их и не было здесь никогда. От них осталась лишь кровь на посеревшей и потрескавшейся земле, словно в этом месте давно не было дождя. Теперь эта земля безжизненна, но она была частью Разлома, а потому это неважно.

Иззегтан навернул круг над моей головой, с опаской смотря вниз и боясь приземляться. Его страх понятен, хотя и беспочвенен. Ему бы я не навредил.

Убедившись, что внизу безопасно, он спустился и остановился напротив меня. Эмоции дракона сложно понять, но сейчас в изумрудных глазах Иззегтана я видел если не шок, то трепет.