Сверившись с внутренними часами, попутно взглянув на солнце, клонящееся к закату, решил сделать ещё один привал. Пять минут, чтобы дать мышцам отдохнуть, а самому перевести дыхание.
По моим расчётам, осталось меньше половины пути по прямой. Хорошо, что на пути не будет гор, а то пришлось бы делать крюк.
Доев плод и собираясь выкинуть косточку, я замер. Ветер принёс стойкий запах крови, грязной шерсти и спёртой вони. А вслед за ним стали доноситься гортанные звуки, принадлежавшие не одной твари, а сразу нескольким.
Резко поднявшись на ноги, повёл носом, улавливая откуда именно идёт запах. Пришлось прикрыть глаза, сконцентрировавшись на остальных чувствах.
Пять особей. Нет, шесть.
Стоило открыть глаза, и в подтверждение моим мыслям, из густых папоротников выбежала… горилла! Точнее рыжая горилла со смесью орангутанга. Весь окровавленный, он преодолел лишь половину пути до меня, даже не заметив. Вслед за ним вывалилась толпа уже самых настоящих горилл. Серые, будто грязный снег, с белыми радужками глаз. В руках они держали костяные дубины. Но не их странный внешний вид и оружие привлекли моё внимание, а наросты, выпирающие из шкур. Белые, даже практически прозрачные.
Моя внутренняя жаба, странно активизировавшаяся после подарка в виде клыков Смилодона, забила тревогу! Могут ли это быть алмазы⁈ А ведь похоже!
Орангутангу не повезло. Одна из горилл нагнала его, взмахнула своей палицей, и проделала в черепе дыру несовместимую с жизнью. Лапы рыжего подкосились и он мешком упал на землю, а пять серозадых начали ухать и прыгать вокруг него.
Угроза от них ощущалась, но не сильно, и это меня немного расстроило. За весь путь они единственные, кто был хоть как-то опасен.
Ухмыльнувшись, сжал семечко в бросил его из кустов, попав прямо в затылок одного из приматов. Тот от такого опешил и начал ругаться с остальными. Вероятно решил, что кто-то из своих его ударил, но найдя семечко на земле, заухал уже по-другому. Более предупреждающе. Вся эта пятёрка разошлась и уже готовилась прочесать местность, но не стала, когда из кустов появился я. С улыбкой на лице и сумкой с плодами, перекинутой через плечо.
Уханье стало в разы сильнее и гориллы попёрли на меня, стуча костяными дубинами по земле.
— Парни, алмазы есть? — моя улыбка превратилась в оскал, как и у внутренней жабы. — А если найду?
Глава 16
Приближаясь ко мне, гориллы не старались окружить, а пёрли всей толпой в лоб. Некоторые из них толкались плечами, ухая друг на друга и выясняя, кто же первый попытается проломить мне башку, как поступили с рыжим.