С Долговым нам друзьями никогда не стать, а задача этой барышни, скорее всего, выяснить у меня хоть что-то. Вдруг расколюсь под влиянием большого бюста, обольстительной улыбки и милой мордашки. Не прокатило…
Поднявшись к себе в номер, я был в какой-то мере даже рад этой прогулке. И нет, речь не про Аврору, что так и норовила прикоснуться ко мне или прижаться, а потому что пожрал. Поел и на душе хорошо!
Вот только на этом сюрпризы дня не закончились. Стоило мне зайти в номер, как я увидел сидевшую на диване и закутанную в тонкий халатик гостью, которую уж точно не ожидал увидеть.
— Дима, ну наконец-то ты вернулся!
Рыжий ураган метнулся ко мне, крепко сцапал и обдал моё обострённое обоняние запахом персикового шампуня.
Прижав неожиданную гостью к себе, с улыбкой сказал:
— Я тоже рад тебя видеть, Маш.
А теперь главные вопросы: Что она тут забыла? И всё ли хорошо дома?
Глава 24
Многомерная Вселенная причудлива, необычна, и даже фантастична. Многие бессмертные создания, населяющие её миры, подтвердят, что за свою долгую жизнь умеют удивляться её вывертам.
Так случилось и с одним драконом, который будучи ещё маленьким детёнышем угодил в пространственный Разлом и оказался в незнакомом месте. Чуждом, опасном, далёком от родного гнезда.
Именно тогда, Иззегтан, как его назвал новый друг и хозяин, познал всю боль и ужас. Не знающий страха, он оказался пленен существом, с которым желал подружиться. Но вместо протянутой руки — появились цепи. Вместо доброго слова — рёв, за которым приходила боль и кровь.
Годы в заточении, полные отчаяния, почти сломили душу дракона. Его удел парить в небесах. Рассекать их своими крыльями, смотря на бесконечные степи Рамарина. Говорят, что драконам не снятся сны. Знающие Архимаги Драконоведы подтвердили бы это теорию, но она ложна. Им снятся сны, как и всем разумным расам. Иззегтан тоже их видел. Пусть расплывчато, словно это мираж, но он видел свою мать, их скалу, что была домом, и маленьких братьев и сестёр. Редко когда у дракона получалось произвести на свет больше одного яйца, но этот выводок был исключением.
Этот же сон он видел и сейчас, но помимо него, будто наслаиваясь, во сне существовал и новый друг. Мать приняла его, как родного. Такое происходило почти никогда, чтобы драконица подпустила кого-то к своему гнезду, но Райнера это правило не касалось. Радость, которую Иззегтан испытывал, пребывая в своём сне, не передать словами. Он наконец-то свободен, а его друг обещал отвести его туда, где он оберёт новое гнездо. Семью, которую однажды потерял…