В голосе директора появились удивленные нотки:

— Против детей? Вы это серьезно?

— Для вас они дети, для нас — вероятные агенты вероятного противника. Но даже если отбросить этот факт, не забывайте о том, что наши люди для нас важнее, нежели все прочие. И если они окажутся под угрозой — они предпримут все возможные меры к своему спасению, вплоть до физического устранения цели.

— Вы хоть понимаете, к чему это приведет? — в голосе директора прорезалась грозящая сталь. — Это же будет бойня. И не в вашу пользу, хочу заметить!

— Вы недооцениваете наши возможности, директор Вагнер. Или вы действительно думаете, что мы бы заявились сюда без четких гарантий нашей безопасности? Без полной уверенности в том, что мы завершим возложенную на нас миссию, даже в случае, если придется делать это силовым методом? Поверьте, у нас достаточно рычагов воздействия на вашу академию и на всех ее обитателей, как в моменте, так и на дистанции. А что касается бойни… Именно в ваших силах уменьшить ее вероятность. Как я понимаю, вы среди учеников пользуетесь немалым уважением.

— Вы не понимаете, что творите. — устало ответил директор. — Каким бы авторитетом я не обладал… Это подростки. Для них первый авторитет — они сами. Они не станут меня слушать, если их собственный голос в голове заявит что-то противоположное тому, что скажу я.

— В таком случае просто предупредите их об операции и о том, что будет, если они станут сопротивляться. Уговаривать не нужно.

— Будь по-вашему.

Я повесил лук через плечо, тетивой вперед, и обежал комнату взглядом в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве колчана, хотя бы банально для переноски стрел. О боевом использовании уже и речи не шло — все равно я стрелы теряю и ломаю быстрее, чем успеваю обзавестись нормальным набедренным колчаном. Да хоть каким-то колчаном.

Ни хрена нет. Кажется, опять придется тащить в руках.

Я сорвал со своей подушки наволочку и замотал стрелы в нее, сделав из них кулек. Кулек засунул наконечниками вперед в карман штанов — так глубоко, как смог. Надеюсь, не выпадут.

— Уважаемые студенты и работники академии. — раздался из динамиков голос директора.

Он был подчеркнуто вежлив и тверд, и разительно отличался по тембру от того голоса, которым Вагнер разговаривал с управленцами. Директор явно пытался изобразить, что он только сейчас включил громкую связь и никто ни о чем до этого момента не знал.

Не уверен, что управленцы поверили.

— Говорит директор Вагнер. Хочу до донести до вашего сведения, что в деятельности академии произошли перемены. Если, конечно, это можно так назвать. Указом объединенного директората деятельность академии и всех связанных с ней структур приостанавливается на неопределенное время. На территории академии силами людей проводится специальная операция по эвакуации всех находящихся здесь. Соответственно, все последующие занятия сегодняшнего дня отменяются. Все занятия последующих дней отменяются так же. В данный момент всем студентами и преподавателям надлежит пройти в свои апартаменты и ожидать там. В ближайшее время к каждому из вас постучатся оперативники, не нужно их бояться и не нужно пытаться с ними конфликтовать. Несмотря на свою экипировку и оружие, они здесь не для того, чтобы причинить вам вред, и не будут применять силу без причины. Под словами «без причины» я имею в виду — если вы не дадите им такого повода, и я прошу вас — не давайте им таких поводов. Выполняйте все их указания, не проявляйте агрессии по отношению к ним, будьте доброжелательны. Помните — люди нам не враги. Не будьте им врагами тоже.