Я посмотрел на сумку, бегло соображая, что еще может понадобиться.

Для чего именно понадобится — я пока не знал. В голове было три возможных варианта развития событий — или мы идем с управленцами по-хорошему, или сбегаем от них, или… Ну, будем честны, они нас убивают.

Ни в одном их этих вариантов я не планировал оставлять лук в шкафу, поэтому и забежал за ним. И, раз уж я это сделал, попутно можно прихватить что-то еще.

Только вот нечего. Нет даже банального ножа, который мог бы пригодиться в случае варианта с побегом. Даже посуду после обеда уже забрали — не было ее на месте.

С другой стороны, если все сложится хорошо и никакого боя не будет, то уже к вечеру мы будем в городе, а там, надо думать, есть все необходимое. Так что и брать-то ничего не нужно.

Когда директор договорил, Широ опустил глаза на нас, будто только что понял, что мы здесь.

— Слыхал, Серж? — злобно усмехнулся он. — Какие-то утырки пришли по нашу… А ты что делаешь?

Я ткнул пальцем в сторону Широ и как можно убедительнее сказал:

— Не сопротивляйся им. Не надо.

И потом повернулся к Нике, не дожидаясь ответа от соседа:

— Я все. Бегом.

На третий этаж девчачьего крыла мы поднялись действительно бегом. Ника ворвалась в свою комнату, сразу ломанулась к шкафу и принялась копошиться в сумках.

Соседки Ники на месте не было — то ли куда-то ушла после обеда, то ли целенаправленно сбежала после того, как поняла, с кем и о чем разговаривает директор. Да, такой вариант тоже вероятен — если среди студентов действительно есть отроки родов, которые участвуют в заговоре, которые знают о заговоре и одобряют его — они сейчас должны линять отсюда так, что только волосы по ветру стелиться будут.

Ну, или выходить с боем. Тоже вариант.

— Эй, вы! — внезапно раздалось от двери.

Твою мать! Задумался, называется — не заметил, как в проеме открытой двери появились два человека!

Они были одеты в темную мешковатую одежду, на головах красовались широкие армейский шлемы, а нижнюю половину лица каждый из пришельцев закрыл темной повязкой. Оружие солдат висело на ремнях, и они лишь придерживали его за рукояти, недвусмысленно намекая на то, что легко могут пустить его в ход. Оружие было знакомым — те же самые штурмовые винтовки, одной из которых пользовался я сам, когда катался с экспедиционной группой. Видимо, это какой-то унифицированной тип, которым борются и против даргов и против вероятных противников в лице реадизайнеров.

В разгрузке у каждого солдата было по три запасных магазинах к винтовкам, на правом бедре каждого я разглядел ножны с ножами, на левой стороне груди — рация, из которой сейчас доносился только треск помех — глушилка управления исправно работала и глушила собственность управления в том числе.