По сути, дизайн реальности приобрел такое название именно потому, что он не был какой-то непонятной и необъяснимой магией, основанной на собственных ощущениях и не имеющий четкой структуры обучения. Дизайн реальности был именно дизайном реальности — не феноменом, нарушающим физические законы, а феноменом, основанным на этих самых физических законах. Основные законы — такие, как закон сохранения энергии и материи — полностью выполнялись, рабочие тела не брались ниоткуда и никуда потом не исчезали. Гидромант Дон Йен, оказавшись где-то в пустыне, становился практически беспомощным, если у него не было с собой фляги с водой или другой жидкостью (а у него она всегда при себе), точно так же как пиромант Файерс будет почти безопасен, если нигде рядом нет источника хотя бы самой низкотемпературной плазмы из всех возможных — простого огня. Неудивительно, что они все поголовно курят, как ответила мне Ника на вопрос почему от первокурсника Колина Файерса постоянно так странно и неприятно пахнет.

Вот же его соседу не повезло…

Широ оказался из клана Ямаширо — да, Широ Ямаширо, и он пообещал меня прибить, если я буду дразнить его так. Дразнить его я, конечно, не собирался, тем более, что не видел ничего обидного в этим — имя и фамилию не выбирают, так что ничего не поделать. Как назвали, так и будешь, если, конечно, не захочешь сменить.

Широ не хотел. Кажется, ему вообще больше нравилось угрожать другим, нежели он действительно испытывал какие-то неудобства от своего имени.

Ямаширо оказались теми, кто управлял металлом — металломантами. Именно поэтому ему так тяжело давалось управление структурами малой плотности вроде жидкостей или газов — вроде как учебники все же выводили какую-то определенную зависимость способностей к тому или иному виду реадиза в зависимости от основного рабочего тела. Металломанты и геоманты конфликтовали с рабочими телами малой плотности вроде газов и жидкостей, равно как и наоборот, лигноманты, оперирующие деревом и не дружили с пластиком и наоборот, и так далее.

Оказывается, абсолютно любой материал, и абсолютно любое физическое явление на планете так или иначе управляется реадизом. Даже гравитация, что было наглядно изображено на первом же занятии у Персефоны Ратко, когда мы пытались левитировать. Все упиралось лишь в простой тезис — у части людей на планете есть возможность на короткий срок менять физические законы в конкретной области по своему усмотрению, расплачиваясь за это своими внутренними силами. С точки зрения природы — все честно.

Примерно на этом и строилось все обучение — дать понять студентам, что мы не творим никаких чудес, мы действуем строго в рамках физики… Во всяком случае, в рамках физики этого мира, которая явно сошла с ума семь веков тому назад.