Студентов учили тому, что каждое их воздействие по сути симулирует природный процесс и для того, чтобы осмысленно эти воздействия проделывать, необходимо понимать, какие именно процессы ты симулируешь. Чтобы подул ветер — нужна разница давлений. Чтобы повысить температуру пламени — надо обеспечить ему больший доступ кислорода. Чтобы поднять какой-то предмет «силой мысли» нужно хорошо понимать, что это за предмет и в каком состоянии он находится.
Именно для всех этих целей реадизайнерам и нужна прана. Напитывая какое-то тело праной, реадизайнер на короткое время превращает его, по сути, в придаток себя. В часть тела, которой он уже способен оперировать осмысленно и, в принципе — так, как сам захочет. Кусок дерева, пропитанный праной, легко превратится в резную статуэтку, самостоятельно сбросив с себя все лишнее — стоит лишь представить себе, что это сделать так же легко, как сжать пальцы в кулак. Звуковая волна, порожденная простым хлопком в ладоши, легко превратится в зубодробительный визг или неслышный инфразвук, от которого кровь пойдет носом — достаточно лишь влить немного праны и покрутить невидимые ручки.
Техники дизайна реальности привязывались к простым действиям. К тем самым простым действиям, которые реадизайнер будет выполнять в случае критической ситуации. Сначала технику показывали, потом объясняли, как она работает, после этого переходили к части физического воздействия, которое нужно оказать, чтобы ею воспользоваться. А когда у всех получалось, начинались изнурительные и бесконечные повторения этой техники на тренировочном полигоне. Сначала — на простом, общем поле, потом — на все более сложных, включая ледяной «холодильник» и огненную «печку» — все ради того, чтобы студенты перепробовали самые разные способы вызова отрабатываемой техники и в критических условиях оставили только один из них — тот, который сработает на рефлекторном уровне в случае опасности.
И это был даже не конечный этап тренировок. Через время, по словам Ники, нас ждала еще полоса препятствий, на которую мы пока что даже не заходили, которую предполагалось проходить мало того что на время, мало того что с дополнительным трудностями, которые организовывал бы лично преподаватель, так еще и с использованием нескольких техник сразу.
Пока другие преподаватели гоняли студентов по техникам, Персефона продолжала заниматься работой с чистой праной. Объяснив и закрепив принципы проецирования праны в «никуда» еще на первом занятии, последующие она посвятила повышению пранозапаса и уменьшению пранопотерь при создании различных конструкций. К слову, сами конструкции оказались тоже вещью ни разу не простой — оказывается, чем хуже реадизайнер себе представляет конструкцию, которую создает из собственной праны, чем слабее понимает принципы ее устройства и работы, тем быстрее она рассеивается в пространстве. Не говоря уже о том, что оторванная от тела реадизайнера прановая конструкция в принципе рассеивается довольно быстро, и скорость эта напрямую зависит от способности реадизайнера контролировать свою прану.