Говоря вернее, стена не лопалась. Это я ее убрал, решив оставить хоть чуть-чуть праны, хотя бы на один выстрел, на всякий случай.

И надеясь, что мы достаточно далеко убежали от основной массы членистоногих.

Завибрировал в руке телефон, отчего луч фонаря мелко затрясся, но, конечно же, я не стал смотреть, что с ним происходит — скорее всего, батарейка садится от такого долго использования в качестве источника света.

Плевать. Мы уже почти у выхода. Двадцать метров — это несколько секунд бега. Три-четыре секунды. А там уже поверхность…

Правда что мы будем на поверхности… Ведь скопии не боятся ни солнечного света, ни поверхности, ничего…

Кажется, пора придумывать план Б…

На бегу я обернулся, пытаясь понять, преследуют ли нас скопии, которых я остановил своей прановой стеной, но ничего не разглядел в темноте, а разворачивать руку с телефоном не стал — боялся потерять равновесие на бегу. Будет очень глупо, если я его потеряю, споткнусь, упаду и меня сожрут те самые скопии, на которых я хотел посмотреть. Я уж лучше добегу до выхода, и там, на поверхности, уже узнаю — преследует нас кто-то или нет.

Мы выбежали наружу и тут же увязли. Ноги, только что ступавшие по твердым и острым камням, провалились в горячий желтый песок, по глазам, привыкшим к полутьме, резануло яркое солнце. Я чуть не потерял равновесие от резкой остановки, и взмахнул руками, возвращая его.

Из руки выскользнул и упал на песок телефон. Упал и принялся трястись, будто в припадке, словно ему тоже было горячо.

На экране появилось сообщение о входящем звонке. Звонила Ника.

Нашла время!

Я оглянулся, но в темном зеве пещеры, из которой мы выбежали, ни хрена не было видно. Преследуют нас скопии или нет — непонятно, но, черт, я лучше буду считать, что да, и постараюсь оказаться как можно дальше отсюда!

— Поднимайся! — я дернул за локоть Амину, которая, в отличие от меня, не удержала равновесие и растянулась на песке. — Мы еще ни хрена не в безопасности!

Амина ничего не ответила, только злобно зыркнула на меня, вскочила на ноги и снова чуть не упала:

— Горячо, твою мать!

Еще бы — она была обута в легкомысленные босоножки. Странно, что из пещеры она вообще не босиком вышла!

Я подхватил с песка телефон и ответил на звонок уже на бегу, таща за собой Амину за руку:

— Да!

— Серж, это директор Вагнер. — внезапно прогудело из трубки. — Вы в безопасности?

— Ни хрена! — ответил я то, что думаю. Плевать, кто там — директор, хоть сам президент! Не до расшаркиваний мне!

— Вы можете сказать, где вы?

— В пустыне! — ответил я, нервно оглядываясь через плечо.