И Суджук положил на стол небольшую папку, стянутую веревкой с печатью. Простой сургучной печатью, которую невозможно не повредить, если надумаешь залезть внутрь папки.

Так вот значит, что произошло. Значит, майор не думал нас подставлять, он действительно помогал нам по мере своих сил, за что еще и поплатился потом. Не знаю, что за проверки управление устраивает в своих рядах, но по тону Суджука явно было слышно, что ничего хорошего они из себя не представляют. Как минимум, наверняка это значило ограничение свободы той или иной степени серьезности.

Хрустнула сломанная печать, Карсон углубился в чтение приказа, выуженного из папки. Майор терпеливо ждал, передвинув винтовку на ремне так, чтобы приклад оказался на уровне живота, и сложив на нем ладони.

Ко мне подошел Драйз, наконец-то протиснувшийся внутрь зала, и весело подмигнул:

— Здорово, щегол!

Я тоже не удержался от улыбки:

— Привет, пузырь. Как сам?

— Жить буду. — ухмыльнулся Драйз и похлопал себя по животу. — Мне крайне повезло, причем сразу несколько раз подряд. Повезло, что вы смогли сохранить мне жизнь, повезло, что в управлении ее смогли спасти, и повезло, что на меня наткнулся майор, который, узнав, что мы с тобой знакомы, сразу же велел мне собираться.

Только при слове «собираться» я обратил внимание, что Драйз тоже одет по-военному. Хоть на нем не было шлема (наверное не смогли нацепить на его копну косичек), но поверх рубашки был надет самый настоящий бронежилет, который при его размере все равно выглядел как хламида.

Где они вообще нашли бронежилет на Драйза? Из двух сшили?

— А зачем? — шепотом осведомился я. — Ну, зачем тебя с собой взяли?

— Да кто его знает. — комендант пожал плечами. — Наверное, чтобы контакт с тобой наладить. Мне ничего не объясняли.

— Ладно, проехали. — вздохнул я, замечая, что Карсон дочитывает приказ.

Остальные двое, кто находился в контрольном зале еще раньше майора, давно уже подняли глаза от бумажки и смотрели на нас. Они будто бы даже не дочитывали — дошли до середины, и им хватило, чтобы во все поверить и со всем согласиться.

Им — но не Карсону. Этот все бегал глазами по бумаге, словно не мог им поверить. Когда же наконец ему пришлось смириться с реальностью, он со вздохом опустил бумажку обратно в папку и аккуратно сложил ее:

— Хорошо, майор. Я рад, что вы оказались не причастны к заговору.

— А уж я-то как рад. — хмыкнул майор. — А то, знаете, всякие слухи ходили о том, что людей обвиняли в том, чего они не делали, и даже каким-то образом доказывали это.

— Слухи. — моментально ответил Карсон.