— Браво! — Павел Лаврентьевич картинно захлопал в ладоши, — ты, Миша, так в протоколе у себя и напиши. А мне мОзги не крути. Давай как на самом дело было.

— А на самом деле, Паша, — милиционер вздохнул и сделал глоток из чашки, — вчера представители организованной преступной группы из города Балашиха попыталась похитить твоего племяша и сына Хромова. А когда узнали, что у отправленной группы не получилось и что их подстреленного корешка, важного как хуй бумажный, люди Хромого отвезли к себе в дом, нагрянули к нему на десятке машин и расстреляли этот дом из огнестрела к едрёна фене! А еще, на последок, в окно закинули гранату. А я тебе говорил, что эти ваши два идиота нам будут стоить голов! — Милютин повернулся боком на кресле, просунул ноги в домашние тапочки и подошел к сейфу. Нагнулся и достал оттуда бутылку коньяка с парой рюмок, — будешь?

— И что? Просто приехали и начали палить? Бориса то не задело? -удивился мужчина, принимая рюмку

— Не задело! — поморщился Милютин, в его ответе явно слышались нотки сожаления, — а на счет палить? Нет, не просто начали. Сперва убедились, что их кореш копыта отбросил, — Михаил Дмитриевич нахмурился и опрокинул рюмку.

— Но это же скандал!

— Да не ссы. Что вы без меня делали бы, между прочим? Замял я все, говорю же. С теми, кто вызов сделали, поговорили, с кем-то так, на словах. А кому-то по паре бутылок водки всучили. Вроде как в благодарность от милиции, бляха муха, — фыркнул мужик, — так что по бумагам все шито крыто, между прочим.

— Это ты молодец, конечно, Миша. Только дальше то что? А если опять кто к нему приедет?

— А дальше? Дальше Паша я умываю руки. И больше в делишки Хромого пока лезть не собираюсь. И между прочем в гости в «Афродиту» меня тоже не ждите, — полковник откинулся на кресле и размял шею, громко хрустнув позвонками. Хандроз, чтоб его, — и тебе того же советую! Пока что от Хромого следует дистанцироваться. Я уже и патрульной машине ГАИ распоряжение отдал, чтоб грузы из Шарика больше Хромого не сопровождали.

— Здраво, надо переждать, а там посмотрим, — кивнул председатель и замахнул рюмаху, — и племянника скажу, чтоб Хромов на дачу к сестре вернул. Нечего ему делать в доме бандита.

— Только охрану пусть этим идиотам даст по серьезней, — зло зыркнул на товарища милиционер, — чтоб народ от них защищали.

13 ноября 1988 года. г. Долгопрудный. Войков Евгений Иванович

Майор к обеду вторника стоял у мощной металлической двери в подвал местного сообщества афганцев и ждал ответа. Он и сам мог оказаться среди ребят, которых активно собирал вокруг себя сержант Григорьев, с которым майор познакомился в учебке на Кушке, а позже, какое-то время прикрывал со своим охранным батальоном танковую бригаду, в которой успешно воевал Владимир. Но Войков отказался, потому как идти в подчинение младшему по званию, пусть и уже на гражданке, посчитал ниже своего достоинства. Остался в родных Химках, пообтерся и пошел к кооператору в ресторан заниматься охраной. Только сложилось все таким образом, что в последнее время вместо охраны объекта, майор все чаще занимался выбиванием долгов и решением сопутствующих вопросов кооператора, которые явно лежали где-то в серой зоне законодательства СССР. И такая работа, пожалуй, и не слишком бы сильно его тяготила, если бы кооператор Власов не был таким мудаком. К тому же мудаком жадным.