Несмотря на множество светильников, пещера была пещерой. Здесь было темно — освещалось лишь пространство рядом с палатками и рабочими местами, а также внутри строения. Так что противопоставить нашей свирепой, слаженной и очень быстрой атаке одержимые ничего не смогли — никто из колдунов не ждал нападения в собственном логове.

К тому же, захваченных Сумраком магов было не так уж и много, чтобы скоординировать действия «кукол», а без посторонней помощи те, как и обычные люди, просто не могли разглядеть, кто на них напал.

Мы с Дереком находились в самом центре боя. Постоянно перемещались, то обходя палатки, то выскакивая из-за сталагмитов и атакуя ничего не понимающих «кукол» и их хозяев. Другая часть группы, ведомая нашими Пробуждёнными, проникла в центральное строение через два противоположных входа. Изнутри то и дело слышались крики и звуки выстрелов, а в бойницах мелькали вспышки.

Используя сумеречное зрение, я сосредоточился на поиске одержимых колдунов. В пещере их оказалось шестеро, и мы с Дереком открыли на них настоящую охоту.

Первые два не успели даже как следует защититься — одного из них я развалил на половинки своей сумеречной плетью, второго покромсал старик, чья когтистая лапа резала магическую защиту не хуже любых заклинаний.

Ещё одного мы обнаружили внутри центрального здания — и бой с ним заставил нас как следует попотеть. Силами этот худощавый и молчаливый колдун совсем чуть-чуть не дотягивали до того одержимого, который повстречался мне на дороге. Он оказался серьёзными соперником — ранил Дерека и разорвал своей магией трёх наших стрелков, неосмотрительно сунувшихся помочь.

В тот момент, когда колдун атаковали меня мощными потоками тьмы, я понял, что сдерживать силу не получится…

… И ударил в ответ с такой яростью, что в голове зазвучали чужие голоса, а носом пошла кровь…

Я убил тварь, но тело начало немилосердно ныть, и я понимал, что не выдержу такого же боя…

Впрочем, мне повезло. Внутри одного из многочисленных залов «замка», возведённого посреди пещеры, я встретил двух оставшихся в живых одержимых магов. Один из них как раз доедал труп последнего колдуна, которого грохнули наши Пробуждённые, чьи трупы лежали тут же, а второй набросился на меня с каким-то ослепляющим заклинанием…

Он не знал, что обычное зрение мне не обязательно для колдовского противостояния…

Действуя на пределе сил, я разорвал одержимого каннибала, а второго спеленал по рукам и ногам своей сумеречной нитью, да так и оставил лежать рядом с трупом «иллюзиониста».

Это всё, на что у меня хватило сил — я чувствовал, что голоса в голове стали звучать отчётливее, а магия, вздумай я использовать её дальше, начала бы сосать мои жизненные силы… И так приходилось прилагать усилия, чтобы удерживать «удавки», связывающие взятого в плен колдуна.