— Ну что, господа, пожалуй, можно и покинуть этот наблюдательный пункт,- развернулся к остальным Александр,- опасность того, что коалиция начнёт штурм, очевидно сильно понизилась, а в артиллерийской дуэли мы ничем помочь не можем.

Когда они уже спускались с Малахова кургана откуда-то из района пятого бастиона раздался грохот семи с четвертью дюймовок. Похоже, начали работу те батареи о которых говорил Нахимов.

После позднего завтрака Даниил оставил Александра с Константином и отправился на вокзал. Железнодорожное сообщение с Симферополем работало нормально. Пару раз англичане с французами попытались совершить рейды для разрушения путей, но благодаря тому, что России, из-за куда лучшей внешнеполитической обстановки и решения государя ослабить оборону Петербурга отправив гвардию со старшим сыном, удалось сосредоточить в Крыму довольно большие силы — оба этих раза окончились ничем. Казачьи разъезды вовремя отследили выдвижение противника и навстречу отправленным коалиционерами войскам по железной дороге были немедленно переброшены достаточные силы с артиллерией… Нет, «балаклавы» они кавалерии коалиционеров не устроили, но потери у тех оказались весьма существенными. Так что больше они пока не лезли.

Понятно, что если бы достаточно значительные силы коалиции выдвинулись в данном направлении — на железнодорожном сообщении можно было бы поставить крест, но пока англичане с французами ничего подобного себе не позволяли. Впрочем, это было объяснимо — по всем расчётам попытка отделить часть сил для приведения в расстройство линии снабжения завязанной на железную дорогу с достаточно большой вероятностью приводила к их потере. Выдвинуться же всей армией тоже нельзя — коалиционная армия была намертво привязана к портам. Потому что всё снабжение получала морем. Так что пока армия коалиции сидела на побережье вокруг удобных бухт и копила силы лишь время от времени позволяя себе демонстрации, подобные сегодняшней, и периодические обстрелы. Впрочем, сегодняшняя была самой крупной.

На поздний завтрак собрались в ресторане «Poisson», хозяин которого — француз из Марселя, с началом войны с его родиной не покинул Севастополь, а остался в осаждённом городе. Так что ресторан продолжал работать.

Во время первого же обеда состоявшегося здесь сразу по прибытию в Севастополь Даниил отозвал в сторону майора Полавина, прибывшего в город вместе с Великими князьями, и попытался деликатно донести до того, что регулярно питаться в ресторации, принадлежащей иностранному гражданину — не слишком разумно. На что майор, слегка растянув губы в усмешке, успокоил его: