На Кавказском фронте, между тем, наши войска подступили к Эрзуруму. Его осада продлилась чуть дольше — около двух месяцев, за время которых к крепости подошла наспех собранная турецкая армия, под командованием Нюфтчи-паши. Кто это был такой и откуда взялся — Даниил не имел ни малейшего представления, но, как видно, полководец из него был тот ещё. Потому что, не смотря на подавляющее численное превосходство, а этот самый Нюфтчи-паша привёл к Эрзуруму почти семьдесят тысяч человек против которых Муравьёв смог отрядить только двадцать пять тысяч под командованием генерала Бебутова, существенную часть войск которого, к тому же составляли армянские ополченческие дружины, а также намного более скромной насыщенности Кавказской армии нарезным оружием, разгром турок в двухдневном сражении на подступах к крепости стал эпическим. Из семидесяти с лишним тысяч одиннадцать — погибло, а около сорока попало в плен. Остальные просто разбежались… Впрочем, большую часть этой армии так же составляло наспех набранное ополчение. Так что «борьба была равна».

Как бы там ни было, поражение Нюфтчи-паши на довольно длительное время обезопасило армию, осаждавшую Эрзурум, и сильно уронило дух оборонявшего её гарнизона. Так что, когда к крепости подтащили все те же осадные орудия — всё закончилось довольно быстро. Эрзурум пал двадцать пятого октября — в день Великой Октябрьской социалистической революции… ну если считать по тому календарю, который действовал в Российской империи и сейчас, и в тысяча девятьсот семнадцатом году. Что очередной раз слегка позабавило бывшего майора. Впрочем, он всю жизнь праздновал этот день седьмого ноября… А ещё его заставил иронично усмехнуться тот факт, что, не смотря на то, что семи с четвертью дюймовые пушки разрабатывали в первую очередь как орудия береговой обороны, и устанавливали их, опять же в основном и в большинстве своём именно на береговые батареи — первое боевое применение эти пушек состоялось именно как осадных. Особенно забавно это выглядело если вспомнить, что из нескольких сотен уже изготовленных орудий, на осадных лафетах к настоящему моменту было сделано и передано в войска всего около дюжины штук. Но вот так жизнь повернула. М-дам — судьба бывает весьма причудлива и иронична… На этом кампания тысяча восемьсот пятьдесят третьего года для Кавказской армии закончилась.

Дунайская же армия всю осень простояла на перевалах, а в конце ноября случилась катастрофа турецкого флота в Синопе…

— Кхем, ты там что завис-то?- вырвал Даниила из воспоминаний голос императора.