Спустя двадцать минут всё было готово к отправлению. Правда, приведённые лошади явно были не из наших, наверное, были у кого-то украдены. Но совесть после пережитого за сегодня на это категорически молчала. Главное, чтобы никого попутно не зашибли.
Кое-как взгромоздившись на место извозчика, я стегнул лошадей, понукая их отправиться прочь от этого заваленного трупами места.
— Эй, вы, слушайте меня, — решил я дать свои последние напутствия отрешённо стоящим болванам. — Останетесь здесь на складе. Когда вернётся ваш прошлый хозяин, убейте его. Ни на кого кроме него нападать нельзя.
Мерное постукивание копыт по ночной улице убаюкивало и снова лишало сил. Но с каждым шагом запряжённых лошадей мы все дальше уходили от опасности, а значит, повышали свои шансы на то, чтобы дожить до утра.
— «В твои руки попали сильные артефакты», — голос в голове отчего-то решил, что сейчас подходящее время для беседы. — «С ними мы сможем быстрее возвыситься».
Отвечать не было ни желания, ни сил.
— «В книге, что ты забрал у первого младшего слуги, есть описание ритуала», — тем временем голос не умолкал. — «Там не всё, но я смогу помочь разобраться. Ты же хочешь стать сильнее? Прислушайся к себе и ощутишь это».
Действительно, несмотря на смертельную усталость, слова таинственного голоса находили отклик в моем сознании. Желание заполучить силу любой ценой, стремление использовать любые средства для обретения могущества…
— «У тебя уже и материал есть. Наёмники тебе ещё пригодятся, но вот купец… Зачем он тебе? Он лишь заберёт деньги, которые сейчас у тебя и которыеты заслужил. Вместо этого он может дать ещё один жертвенник, с ним ты сможешь залечить раны. Почему ты молчишь? Я же чувствую, что ты согласен со мной».
Боже, как же я устал… Но дело нужно доделать.
Глава 18
Телегу, битком набитую спящими людьми, рассвет застал в морском порту, который оставался оживленным местом в любое время дня и ночи. Первым очнулся Хорки и с недоумевающим видом приподнялся над бессознательными телами, как попало валяющимися сейчас в повозке. Единственным бодрствующим и, по всей видимости, тем, кто мог дать хоть какие-то ответы на происходящее, был командир.
Мазай гордо восседал на ко́злах и любовался отблесками солнечных лучей, пока еще робко и настороженно ласкающих гладь воды Торгового залива. Вокруг сновали люди, спешащие по своим делам, но никто из них даже не пытался заглянуть за борт телеги, чтобы увидеть, что же такое доставил в порт странный человек, одетый в балахон с капюшоном. Никто не предлагал услуг, никто не спешил помочь. Глядя на Мазая сейчас, Хорки тоже расхотелось задавать вопросы. Наоборот, захотелось улечься обратно и притвориться, что он все еще не очнулся, пусть лучше кто-нибудь другой будет тем первым, кто привлечет к себе его внимание. Но было уже поздно.