— Славное имя, — похвалил я. — Моё имя Мазай. Мы будем проезжать мимо Житницы, есть там у тебя родственники или друзья?

Она утвердительно кивнула, но тут же, как будто что-то вспомнив, замотала головой.

— Нельзя мне туда, хоть там и тётка с дядькой. Они меня всего декаду назад трактирщику в работницы отдали. А если уважаемый Беледар или… или… господин Гвидо туда прибудут, то они меня всё одно защитить не смогут?

— А ты неглупая, Маля. Всё верно говоришь. Хотя после случившегося я бы не называл Беледара уважаемым, а Гвидо — простой разбойник, а вовсе не господин.

— Он сам так велел его называть, — сказала она и потупила взор.

— Ясно. И что же нам с тобой тогда делать?

— Я не знаю, уважаемый Мазай…

— Ладно, придумаем что-нибудь. Но сперва давай-ка я тебе расскажу, как на самом деле вчера всё произошло. Видишь ли, у Гвидо и, возможно, у Беледара будет своя история, абсолютно лживая. В этой истории окажется, что именно мои люди вели себя по-зверски и виноваты во всем случившемся, в том числе с тобой.

Дождавшись, что она поняла, о чём речь, я продолжил.

— А потому важно, чтобы ты запомнила правильную версию событий, на тот случай, если нас о них начнут расспрашивать. Хорошо? Ну и славно.

Эту же версию событий, которую я поведал Прусту и Мале, я донёс до всех остальных. Чем больше людей говорит в унисон, тем больше веры в то, что они декламируют. Тем более, что свидетелей ночных событий становилось всё меньше. На перекрёстке мы обнаружили труп лошади, у которой была перегрызена шея, и нашего трактирщика, который лежал в неестественной позе, поломанный от удара о землю с недостающим куском плоти в районе печени. Что ж, тем лучше для нас. Вот бы ещё Гвидо где-нибудь неподалеку найти с обкусанными яйцами, но в такую удачу что-то не верилось.

— И что с ним делать? — спросил Колтун, тыкая древком копья нашего неудачливого отравителя. — Здесь бросим, или?..

— Или, — ответил я. — Грузите в телегу и кладите под дерюгу. И запомните, мы его первый раз видим, а то, что это уважаемый Беледар, узнали от спасённой девушки.

— Уважаемый… Я бы его уважил пару раз, — пробурчал Горунар. — Ну ладно бы придушить удумал, или заколоть во сне, сарай в конце концов поджечь… Но еду травить, это же совсем ничего праведного в душе нет, его же сейчас наверняка в бездне твари по маленьким кусочкам жрут. И жрать будут до скончания времён.

— Истинно так, — поддержал его Колтун. — Считай, легко отделался, что нам не попался.

— Ох, прожорливые вы наши, — как всегда с подколкой встрял Хорки. — Даже сейчас только о еде и думаете. Командир, я вот что думаю, а можем стоит им немного жалованье урезать? А то едят они за троих каждый, а платят нам всем поровну. А?