— Ага, вот только этот хрен что-то не уважает меня совсем. — ответил я и кивнул наверх. — Беспалый у себя?

— Нет его, да и там он бывает, только когда гостей ждет. Но Молчун где-то на складе был, сейчас позову.

Человек скрылся обратно в проёме, а злобный старикан продолжил презрительно нас оглядывать, иногда сплевывая в нашу сторону. Видимо, для него тот факт, что мы были знакомы с его босом, никак не повлиял на его отношение к незваным гостям. Такого только могила исправит.

Молчун появился на пороге и вместо приветствия вопросительно вздернул подбородок. Ну и я не люблю распинаться в вежливых словоблудиях.

— Нужно пристроить обоз с грузом, обеспечить охраной, хотя бы до утра. Купец с помощником тоже останутся здесь. О дальнейшем поговорим вечером.

После небольшой паузы Молчун утвердительно кивнул и жестом приказал открыть ворота склада. А когда престарелый мудила начал ворчать что-то про отсутствие места на складе, дал ему хорошую затрещину. Всё-таки что-то есть в этой немногословности людей, потерявших голос. Меньше разговоров и полумер, больше дела и конкретных решений.

Свободного места на складе было действительно немного, он уже и без нас был плотно заставлен грузами и товарами. А возле самого входа и вовсе лежала какая-то куча то ли хлама, то ли награбленных вещей. Имущество из поместья Лиса, мелькнула у меня мысль, а внутренняя жаба подсказала, что и оно может быть продано, а определенную долю я и Колтун заслужили. Вот только что попросит Беспалый за аренду места на складе, когда Причал переполнен, а цена аренды бьёт все рекорды. В общем, предстоит ещё одно сражение, но на этот раз лучше с собой взять не Колтуна, а купца Квилькома. Ну или обоих, а то мало ли как повернётся…

Мы помогли «припарковать» телегу и пристроить лошадей в конюшню. А вечером бойцы нашего отряда были на условленном месте — возле городской ратуши, где в одном из домов, что ранее занимала прежняя администрация города, сейчас расквартировались люди высокого владетеля и его гвардия. На Гвидо был накинут дешёвенький плащ, чтобы прикрыть его связанные за спиной руки и не привлекать лишнего внимания. Мы же окружили его со всех сторон, а чтобы искоренить всякие мысли о побеге, я предварительно немного пострессировал его лёгкой формой «первобытного страха». В итоге на меня он теперь смотрел с опаской и не рыпался. Да и смысл, если мы вот-вот его сами отпустим.

Нет, иллюзий в его покорности я не испытывал. Конечно, в своем извращённом сознании этот ублюдок неоднократно уже представил, как накажет нас всех, как будет пытать каждого, часами и без устали. Но я уверен, что именно сейчас, когда до свободы рукой подать, Гвидо думал лишь о том, как окажется в безопасности.