— Прикройся и сиди тихо, — я постарался сохранить самообладание. — Скоро всё закончится.

— Сама решу, что мне делать!

Я направился к окну, но заметил, как девушка вздрогнула при моём приближении.

— Я лишь приоткрою окно, чтобы проветрить комнату, — успокоил я её. — А затем уйду.

Помахав в оконном проеме белым платком, служившим условным знаком, я направился к выходу из комнаты.

— Только имей смелость вернуться, чтобы извиниться за всё то, что ты тут устроил! — выкрикнула Марика, решив оставить последнее слово за собой.

— Как скажете, леди, — наигранно покорно кивнул я.

За эту минуту в коридоре третьего этаже ровным счётом ничего не изменилось, он был по-прежнему пуст, если не считать привалившегося к стене охранника, с которого тоже уже изрядно натекло крови. Почему-то сразу подумалось, что увидь такое Марика, она будет снова ругаться. Да уж, умеют женщины всё повернуть таким образом, что даже за хорошие дела приходится извиняться.

Тем временем, шум на нижних этажах нарастал, Пруст и Шуст старались во всю, отыгрывая свои роли и отрабатывая потраченные монеты. Когда я подошел к перилам на втором этаже, то увидел, как внизу четверо охранников тащили братьев к главному входу. Они при этом упирались и продолжали качать права.

— Я заплатил серебром! — возмущался Пруст. — Как это «она не будет такое делать»⁈ Да в Корпугаре за такие деньги можно и не такое получить!

— Верните тогда монеты! — кричал Шуст. — Услуга не оказана! Я остался не удовлетворён!

— Можете себя сами удовлетворить, — сказал один из охранников. — Бесплатно.

— Да я всем расскажу, что это не увеселительный дом, а обдираловка! Отдайте деньги, и ноги нашей здесь больше не будет!

— Если вы сейчас же не покинете заведение, ноги ваши мы переломаем!

Один из охранников достал шипованную дубинку, готовый воплотить угрозу в жизнь.

— Мы уйдем, но просто так этого не оставим! Я буду жаловаться в ратушу, людям высокого владетеля!

Глядя на такое представление братьев и вспоминая устроенное пьяное шоу от Хорки, я даже подумал, что может нам завязать с наёмничеством, и организовать театральную труппу. Такие таланты занимаются не своим делом!

В момент, когда наших засланных дебоширов дотащили до главного входа, дверь распахнулась, и на пороге сперва появились две бывшие лисицы, до этого момента охранявшие вход, а сейчас заскочившие внутрь как ошпаренные. А следом пожаловали люди Беспалого, с которыми были и наши наёмники Горунар и Колтун, добавляя веса (килограмм так двести) и солидности делегации. Последним в помещение зашел сам Беспалый.