У меня начало портиться настроение. Этот гребаный шумер явно нарывается на драку. Драться я с ним не хочу, но если мы и дальше будем продолжать в том же духе…
— Пойду я, наверное, — мрачно сказал я. — Было приятно повидаться.
— Задержись-ка еще на минуточку, — попросил Креол. — Раб, где сейчас моя ученица?
— Опять улетела куда-то с ревизией, хозяин! — прогудел одноглазый однорогий великан.
— Прекрасно, — потер руки Креол. — Значит, мешать не будут.
— Мешать? — не понял я. — Чему мешать?
— Да я тебя сейчас убью, — скучающе ответил Креол. — А потом мы пойдем обедать.
Мне показалось, что я ослышался.
— Убьешь?.. — для верности переспросил я.
— Да, — подтвердил Креол.
— Меня?..
— Я что, невнятно говорю?
— Но за что⁈
— Да мне всегда хотелось тебя убить, — доверительно поделился Креол. — С первой же встречи. Просто раньше в этом не было особой необходимости, а теперь…
— А что теперь?
— А теперь в тебе начал пробуждаться архидемон. Убив тебя, я выиграю дважды. Во-первых, окончательно вырежу род Ноденса. Во-вторых, усилю посох твоей душой…
— Что-что ты собрался сделать⁈ — перебил его я.
— Ты плохо понимаешь по-шумерски? — раздраженно спросил Креол. — Я поглощу твою душу. Посохом.
— Зачем⁈
— Тогда я наконец-то смогу исполнить Длань Мардука.
— Длань Мардука?.. Что это за хрень?..
— Заклинание. Ты не представляешь, как давно я мечтаю его применить! Так что я бы на твоем месте не сопротивлялся.
Креол начал поднимать посох. А я почувствовал, что к горлу подступает комок. Глядя на эту нагло ухмыляющуюся шумерскую рожу, я испытал такую злобу, такое бешенство… Думаю, Рабану сейчас невыносимо больно, но он благоразумно помалкивает.
Поднять посох Креол не успел. На это нужна была всего секунда, но я не дал ему этой секунды. Мной словно выстрелили из пушки — с такой скоростью я метнулся вперед, выпуская все когти разом. Налетев на мага, я принялся шинковать его когтями, как картофелечисткой.
Попусту. Я успел нанести ровно два удара — и оба пришлись не по Креолу, а по… не знаю, чему. Чему-то невидимому. Какая-то волшебная защитная хрень. А в следующий миг меня уже отшвырнуло от жертвы — отшвырнуло со всей дури и впечатало в стену так, что я стал похож на раздавленного скорпиона. На спине треснул хитин, оттуда потекла тканевая жидкость.
— Держи его, Шамшуддин! — приказал Креол, вздымая посох.
Лысый негр чуть приподнял бровь — и меня закрутило в воздухе. Невидимые руки обхватили со всех сторон, стреножили крылья и хвост, не позволяя шевельнуть даже пальцем, даже коготком. Вокруг уплотнился сам воздух — чертов телекинетик сдавил меня, точно невидимой подушкой. Я почувствовал себя ужасно слабым, бессильным, беззащитным… и на меня накатило бешенство.