Вдруг маленькие ладошки ложатся на мои глаза. А сзади слышится сбивчивое дыхание и попытки сдержать смех. У нас такая игра с Натальей, за которую её постоянно ругает мать.

— Попался, который кусался! — кричит сестрёнка и предстаёт передо мной.

На девочке лёгкий сарафан и сорочка с рукавами до локтей. На голове необычная для России соломенная шляпка с яркими лентами, из-под длинного подола видны ботиночки красного цвета.

Остальные дамы одеты более чопорно, но и времена сейчас такие. Хотя есть мнение, что шляпки вскоре будут носить все московские модницы. Вон ботинки сразу распробовали как мужчины, так и женщины. Я и сам предпочитаю эту удобную обувь вместо сапог. Для моих ног они гораздо полезнее. А ещё по моему приказу в Измайлово начали делать первые валенки. К моему удивлению, классических моделей столь удобной обуви пока нет. Вот этой зимой и начнём носить. Для сестёр сразу закажу варианты с красивой вышивкой. И вуаля — новый продукт начнёт распространяться по России. Галоши у нас уже есть, вернее, их суррогат из кожи, надеваемый для защиты сапог или гостями, пришедшими в дом. Тоже моя идея. Удобно и дёшево. Было бы время, я бы занимался внедрением различных мелочёвок обычных для XXI века, но неизвестных в прошлом. Однако приходится пинками и тумаками толкать страну вперёд.

— Фёденька, а я выбрала себе мужа! — прошептал мне на ухо Наташка и отбежала на пару шагов, с лукавой улыбкой ожидая реакции.

И она последовала. Я чуть со стула не свалился, и в зобу дыханье спёрло. Судя по довольному виду егозы, выгляжу я смешно и нелепо, а она добилась своего.

— И как зовут счастливца? — с трудом выравниваю дыхание.

— Федька Троекуров, твой бывший рында, — излишне быстро произнесла Наталья, показав, что нервничает.

— Снова Фёдор, — вздыхаю показательно грустно. — Сначала Евдокия, теперь ты. А ещё царя у нас вроде также зовут. Может, выберешь себе какого-нибудь Диму ли Мишу?

— Чего это? Неужто за Голицына меня матушка хочет просватать? Или за этого дурня Долгорукова? — аж взвилась девчонка, но заметив, что меня трясёт от сдерживаемого смеха, возмущённо воскликнула: — Ты шутишь!

Затем ребёнок подбежал и крепок меня обнял:

— Ты ведь не против, братик?

Отодвигаю сестрёнку и пытаюсь смотреть на неё строго. Только получается с трудом. Люблю я её и балую.

— Это хорошо, что ты в двенадцать лет задумалась о замужестве. Лучше к этому делу хорошо подготовиться. Думать наперёд вообще полезное занятие, и Троекуров хорошая партия! — поднимаю указательный палец, не давая Наталье снова меня обнять: — Но! Для начала надо спросить жениха, вдруг он против. И перед тобой ещё три сестры. Пока их не выдадим, ходить тебе в девках. В любом случае придётся ждать, когда тебе исполнится восемнадцать.