Понятно, что Петруша выразился иначе, начав сыпать обидами и упрёкам, когда мне удалось его разговорить. Пугало, что он старательно уклонялся от ответов, откуда такие мысли и кто рассказал ему о моих деяниях. Мол, слуги и окружающие сплетничают. Ага! Это кто у нас такой храбрый, что злословит о царе, пропускающем заутренние службы или незаслуженно казнившем князя Черкасского? Слуги этого делать не будут. Вернее, у них сплетни специфические, а здесь речь о сознательном подрыве моего авторитета.
Даже не знаю, как теперь быть. Если взять за жабры Пронских и Леонтьевых, то это может сильнее ожесточить Петра. И чего делать с Натальей Кирилловной? А ещё есть младшая сестрёнка, с которой я хочу ссориться меньше всего.
Тут ещё наслаиваются мои требования о необходимости получения царевичем всестороннего образования. А он сам тяготеет исключительно к артиллерии и фортификации. Благо хоть языки ему даются, а я периодически разговариваю с роднёй на польском или немецком. Помогает соревновательный эффект, ведь Иван и Наталья освоили ещё и французский. Вот братец старается не отставать, ибо слишком завистлив и тщеславен. Эти черты характера начали проявляться именно в последний год. Пока я решил дать юноше шанс, может, несколько. В конце концов, его легко увлечь именно армейскими делами. Плохо, что не наблюдается желания глубже вникать в науки.
Значит, пойдём немного иным путём. К арифметике и геометрии у Петра отторжения нет, скорее наоборот. Буду привязывать их к его желанию стрелять из пушек и строить укрепления. Тиммерману тоже сделаю внушение, чтобы голландец был более убедительным. Заодно начну разговаривать с братом на иностранных языках, ещё и по географии с обществознанием урок устрою. В жизни всякое может случиться. Вдруг мы с Иваном умрём, не оставив наследников? А так младший Романов получит более качественное образование. Да и его воспитанием я продолжаю заниматься, вдалбливая здоровые принципы, вроде семь раз отмерь и один раз отрежь. И что голова дана человеку, чтобы думать, а не только в неё есть. Пока получается с переменным успехом.
Что касается Ивана, то он образованный и толковый по меркам этого времени. А ещё братец — домашний человек, чурающийся массовых мероприятий, предпочитая им общение с родственниками, прогулки и чтение. И я начал постепенно загружать его работой, собираясь со временем отдать Ивану министерство финансов. Кому ещё можно доверить столь важный пост?
Злит меня излишний романтизм брата, более присущий какой-нибудь юной девице. В последнее время он увлёкся рыцарскими романами, особенно когда освоил французский. Раньше интересовался историей — и вдруг такой поворот. Даже Пётр изучает биографии великих деятелей прошлого, только с уклоном в полководцев. Но меня почти не волнует будущая семейная жизнь младшего Романова, в отличие от среднего. Велика вероятность, что Ваня попадёт под влияние супруги. Или будет тяготиться ею, поняв со временем, что они абсолютно разные люди.