— А не боится ли Большой Таф встречи с Дэйвом Шульцем по прозвищу «Кувалда»?

— Мне как хоккеисту из Советского союза, на гербе которого изображён серп и молот, то есть та же кувалда, встреча с Дэйвом будет только в радость. — Ухмыльнулся я. — И потом хоккей не драка, это спорт отважных и так далее.

Далее нашей тройке нападения задал вопрос корреспондент из нью-йоркского издания:

— Почти вся лига играет без хоккейных шлемов, ваша тройка единственная, которая не пренебрегает этой защитой для головы. Вы это делаете из знака протеста или из страха получить синяк или шишку?

— Почему я играю в шлеме? — Удивился Микита. — Просто я хочу проводить лето, подстригая траву, вместо того чтобы покоиться под травой. Ха-ха. — Хохотнул Стас и журналисты одобрительно захихикали.

— Что касается меня? — Я придвинул микрофон чуть ближе. — То я думаю о всей лиге в целом. Недалёк тот час, когда хоккеисты-пенсионеры, страдающие потерей памяти, головными болями, бессонницей, деменцией и другими опасными заболеваниями из-за полученных сотрясений мозга, массово понесут иски в суд на НХЛ. И сумма исковых заявлений превысит 5 миллионов долларов.

— Давайте последний вопрос, — недовольно пробурчал наш генменджер Томми Айвен, услышав про 5 миллионов баксов.

— За счёт чего ваши «Черные ястребы» после первых 14-ти матчей чемпионата возглавили турнирную таблицу? — Выкрикнула пишущая братия сразу с нескольких мест.

— Это всё благодаря нашему менеджеру Томми Айвену, который собрал нашу тройку нападения, — высказался первым Ваня Болдырев, довольный тем, что его перед началом сезона перетащили из аутсайдеров калифорнийских «золотых морских котиков» в команду способную бороться за самый главный приз, Кубок Стэнли.

— Согласен, — поддержал я своего товарища. — Иваныч, как мы любовно зовём Томми, очень много сделал для команды. Например, никто в лиге не меняет нательное бельё в перерыве, а мы меняем. Во-вторых, у нас на спортивной арене со следующей игры будет отведён целый сектор для детей инвалидов, которые попадут на матч по льготным билетам. А какая у нас красивая, я замечу единственная в НХЛ, группа поддержки. Спасибо, Иваныч, за наше счастливое хоккейное настоящее.

— Иди к чёрту, — очень тихо пробормотал мистер Айвен, продолжая при этом улыбаться всем журналистам без разбору.

А после «прессухи» на выходе из пресс-центра меня перехватил журналист из Филадельфии, где, наверное, к нашему приезду готовились с особой тщательностью, и задал самый неожиданный вопрос, что называется без протокола:

— Большой Таф, какие в русском языке есть выражения, которые вас раздражают?