— Я тебе, что обещал? Ты мне, что обещал? Мы друг другу, что обещали? — Зашипел мне на ухо менеджер команды Томми Иваныч Айвен, когда я присел на скамейку запасных, безрезультатно отбегав первую смену в третьем периоде.

— Ты мне обещал больше в тотализатор не играть, — очень тихо пробурчал я в ответ на претензии Иваныча.

— Ты мне это прекрати, — затрясся наш хоккейный махинатор. — Ты мне, что на днях пообещал?

К слову сказать, Томми Айвен был ещё парнем ничего. Например, организатор и вдохновитель Суперсерии 1972 года Алан Иглсон, который предоставлял юридическую помощь профессиональным хоккеистам, был агентом Бобби Орра и создателем профсоюза игроков НХЛ, крутил и вертел в своих интересах вообще все пенсионные и страховые накопления многих хоккеистов. Ведь он ещё в детстве сказал, что хочет быть священником, чтобы собрать пожертвования прихожан и убежать. «Кстати, нужно при случае Орру сказать, чтоб с Иглсоном ничего больше не подписывал, оставит без денег», — подумал я и окрикнул тренера Билли Рэя, не выдержав жужжания под ухо:

— Билич! Скажи Иванычу, чтобы он не мешал мне настраиваться на заброшенные шайбы и копить спортивную злость!

— Томми, оставь Тафа в покое! — Немедленно отреагировал тренер Рэй и скомандовал моей тройке нападения, — Гоу! Гоу! Гайс!

Естественно на лёд я выскочил заведённый, рассерженный на себя за неудачную игру. Меня даже немного потряхивало от закипевшего в крови возмущения, за то, что мы не можем сломить сопротивление аутсайдера, за то, что меня кто-то хочет убить или покалечить, за то, что все проблемы приходится разгребать самому. Поэтому вбрасывание я проиграл, так как для грамотных действий нужна холодная голова и горячее сердце, а не наоборот.

Но бросившись в прессинг, спустя пятнадцать секунд шайбу моя тройка нападения и помогавшая нам лучшая пара защитников Билли Уйат и Пэт Стэплтон отвоевала назад. Уайт отдал красивую разрезающую половину поля передачу на Ваню Болдырева и мы, наконец, ринулись отыгрываться. Народ на трибунах, почувствовав наш предельно агрессивный настрой, разом вскочил на ноги. Иван же прошмыгнул вдоль правого борта, резко затормозив на две ноги, катнул шайбу параллельно чужой синей линии. Этот вход в зону атаки мы уже много раз наигрывали и не только на тренировках. Поэтому я почти на автомате, разогнавшись как КАМАЗ на «Ралли Париж–Дакар», подхватил шайбу и влетел в зону «островитян» из Нью-Йорка. До ворот голкипера гостей Жерара Дежардена оставалось каких-то пятнадцать метров, но тут кто-то резко сунул клюшку между моих коньков.