«Вот тебе и первый номер сборной, — грустно подумал Виктор Коноваленко, выгребая шайбу из сетки. — Если и дальше так буду отбивать прямо на пятак, то сезон закончу игрой на первенство города за Автозавод. Соберись, мать твою!».

Неожиданно мысленный призыв голкипера собраться долетел до буйных голов молодёжной тройки нападения — Ковина, Доброхотова и Скворцова. После вбрасывания в центральном круге, юркий и шустрый Александр Скворцов завладел шайбой и, показав армейским хоккеистам парочку обманных финтов, отдал великолепный пас на левый край Володе Ковину. Восемнадцатилетний Ковин легко на скорости ускользнул от тридцатиоднолетнего ветерана Александра Рогулина, ворвался в зону атаки и выкатил шайбу по центру на никем не прикрытого Виктора Доброхотова. Бросок с кистей вышел не сильным, но очень точным, поэтому Владислав Третьяк, беспомощно плюхнувшись на лёд, услышал неприятный звук «беем!» и увидел, как загорелся красный фонарь за своими воротами.

— Палыч, мать твою! — Услышали хоккеисты обеих команд в возникшей тишине звонкий голос старшего тренера ЦСКА Тарасова, который обращался к Рогулину. — Какого, я спрашиваю х… ты его упустил? Дай ему как следует, чтоб не лез по борту! Собрались, мать вашу!

И в следующей смене, вняв суровому, но справедливому наставнику, лучшая тройка нападения страны Михайлов, Петров и Харламов на долгие тридцать секунд осадила зону обороны горьковского «Торпедо». Сначала Коноваленко отбил один опасный выстрел от Бориса Михайлова, когда тот бросал, прорвавшись по правому борту. Затем очень хитро щелкнул из-под защитника Валерий Харламов, но Виктор Сергеевич предвидя это, заранее успел сесть в «баттерфляй». И за счёт нового хоккейного вратарского стиля, отбил шайбу, которую даже не видел. И наконец, в четырёх метрах от рамки ворот замечательный пас от настырного Харламова получил центрфорвард Владимир Петров и бросил точно в верхний угол.

— Оооо! — Выдохнули болельщики армейской команды на трибунах, так как Виктор Коноваленко эту сложнейшую шайбу поймал в ловушку.

«А я ещё повоюю», — усмехнулся про себя прославленный голкипер горьковской команды, сжимая твёрдую как камень шайбу в руке.

* * *

— Ты смотри, что Сергеич вытворяет, — присвистнул Борис Кулагин, сидя с Бобровым буквально в нескольких метрах над скамейкой запасных московских армейцев.

— Да, хорош. А его ведь почти что списали, — пробормотал увлечённый поединком Всеволод Михалыч и тут же от скамейки ЦСКА раздался раздражённый голос Анатолия Тарасова:

— Петров, мать твою! Забить надо! Надо обязательно забить! Мать вашу!