слаще в его глазах.

– Ничего не могу с собой поделать…

Россыпь поцелуев вдоль изгиба шеи – и вот я уже плыву в его объятиях.

– Нас может кто-нибудь застать…

– Никто не зайдет, там охрана.

Теплые губы спускаются ниже.

– Тогда… может, немного шампанского? – предлагаю, отвлекая его от развратных

действий.

После пристальных женских оценок организм требует небольшой разрядки. Нужно хоть

немного раскрепоститься.

– Сейчас организуем!

Ян зарывается носом в мои волосы на макушке. Я чувствую, как громко бьется в его

груди сердце. Сейчас Ян принадлежит мне душой и телом. А я полностью отдана ему.

По всем правилам ночных заведений у владельца клуба всегда должен быть где-то

припрятан личный мини-бар с напитками. И Ян меня не разочаровывает. Вдоль боковой

стены кабинета я замечаю стеллаж из черного дерева со встроенным баром. С упоением

слежу за тем, как рубашка на его стальных предплечьях натягивается. Как он

откидывает челку со лба и, повернув в мою сторону голову, соблазнительно

подмигивает. Между ног все тянет и стягивает приятным колючим жгутом. Ян делает

несколько круговых движений руками, пробка вылетает из бутылки, и ароматная пена

заполняет бокал. Для себя он выбирает строгий мужской напиток – виски.

– Как мы доберемся домой? Ты же за рулем, – интересуюсь, больше поддразнивая, чем

спрашивая всерьез.

– Не переживай, это меньшая из проблем…

Ян ладонью хлопает себя по колену, приглашая меня присоединиться. И я безропотно иду.

Пока я с ним, я на все согласна. Я седлаю его бедра, откидываясь спиной на край

стола. Немного некомфортно, но я готова потерпеть ради его ласк. В одной руке сжимаю

бокал с холодным напитком, другой держусь за твердое предплечье. Мы прилипаем друг к

другу. Я делаю несколько медленных глотков, ощущая, как пьянящие пузырьки наполняют

меня на какое-то непродолжительное время свободой и раскрепощенностью.

– Расскажешь, почему ненавидишь родителей?

Я давно хотела задать этот вопрос. И вот, решилась при поддержке своего друга –

бокала шампанского.

– Тебе и правда интересно? – В ореховых глазах вспыхивает искра.

– Разумеется.

Меня интересует все, любая деталь, связанная с ним.

– Ты помнишь их бракоразводный процесс?

Киваю, отпивая из фужера и не разрывая зрительный контакт.

– Из детства я помню лишь их бесконечные ссоры. Помню, как отец пил, потому что мать

требовала все больше и больше денег. Он ее безумно любил, да и сейчас, ты сама

знаешь, он продолжает ее боготворить. Она ставила ультиматумы, и отец вынужден был

выбирать между тем, что нравилось, и готовностью ради нее ломать себя и заниматься