Поэтому, а также по причине того, что между новой стеной и старой находился так называемый новый город, в том числе Пантеон (и его потерю мне припомнили бы боги), я держал оборону новой стены. Тем более что вместе с ополчением, мне хватало на это народа.

Теперь мы снесли все осадные башни, кроме двух, тех, за которыми был Гришейк и Новак.

Не знаю, каким местом думали полевые офицеры, но увидев башни, они организовали для нас форменный конвейер смерти.

Ещё бы, их пехота ломилась к двум точкам, под шквальным огнём катапульт, арбалетов, луков, на перепаханном от обстрелов поле. И всё это только для того, чтобы тесниться по лестнице вверх, выбиваясь из сил, выскочить на участок шириной в четыре метра. Где, оскальзываясь на крови своих предшественников, получить копьё в бок и быть сброшенным со стены внутрь городской территории.

Кстати, в лобешник тоже можно получить стрелу, потому что с территории города я подвёл две стрелковые роты. Стрелки прицельно лупили во врагов, когда те показывались на стене.

Передо мной лежал выбор из двух очевидных опций. Можно было дать приказ тяжёлой пехоте планомерно уничтожать вражескую пехоту в вязкой позиционной обороне. Безопасный, академически правильный сценарий. Враг выдохнется сам, полностью лишенный поддержки флота.

Однако внутренний прагматик видел и минус в пассивной игре.

В настоящую секунду сражение вышло из-под контроля короля Фрея, битвой руководили командиры полков и батальонов. Причём то, как они действовали, само по себе показатель низкой дисциплины громадной армии.

Однако, пока полки без приказа ринулись умирать, это давало врагу время. Это давало Фрею драгоценные минуты на осознание масштабов катастрофы и попытку организованного отступления. Король Кольдера мог увести остатки кораблей, сохранив костяк армии для следующего нападения.

Этого допускать было нельзя. Ослабевшего противника нужно было не просто останавливать, его следовало физически вычеркнуть из уравнения.

Поле боя у подножия стен напоминало разворошенный муравейник. Потерявшие магическую поддержку пираты Кольдера превратились в дезориентированную толпу.

Башни были остановлены, горели или отступили.

Вражеский флот в море погибал, а та часть, которая не потопла, панически бежала. Капитаны островов рвали глотки, безуспешно пытаясь развернуть громоздкие галеоны и увести их из зоны поражения.

Инициатива перешла в наши руки.

Вражеская пехота волна за волной погибала под ударами пехоты Новака и Гришейка. Над городом собралась туча, которая грохотала молниями. Зрелище жуткое, хотя, на мой взгляд и не особенно важное, то есть это фоновый спецэффект на заднем плане.