Однако в тот момент, когда я только зашёл в тюрьму, меня нагнал запыхавшийся Гришейк. Молодой орк тяжело дышал, его лоб и скулы покрывала блестящая испарина. Он выглядел растрёпанным и потерянным, что на него не особенно похоже.

— Командор! — замахал мне рукой Гришейк. — А можем мы поговорить, того… с глазу на глаз?

— Ну, ты здесь постоянный обитатель, может, у тебя кабинет свой есть?

Иртык остался в коридоре, а я зашёл к Гришейку. В тесноте комнаты он стал ходить из стороны в сторону, как зверь в клетке.

— Что у тебя произошло, друг-орк?

— Босс… Я не поверил своим глазам, но… В общем, я тут был в порту, вернее, около порта. Ну, жажда меня замучила, зашёл кружечку… воды выпить, кружку воды… Ну, оно же потеешь, а мы ходим в среднем доспехе, а как офицер, я должен подавать пример и ни в чем себя не жалеть.

— Давай к сути.

— Кабак там, точнее, таверна «Жареная тюлька», за входом к складам третьего дока. Место простое, непритязательное, рыба, пиво, жареный хлеб, сушёные пряные овощи, свинина. Ну, вода, само собой, вода, я ж за водой зашёл.

Я терпеливо ждал, когда он перейдёт к сути.

— И когда я заказывал кружку… чашку воды… То посмотрел на бармена. Обычный такой бармен, разливает пойло, травит байки, слушает, обвешивает-недоливает, следит за залом.

Гришейк сделал паузу, словно собираясь с мыслями.

— Это Волагер, босс.

— Волагер? — спросил я. — Прости, имя смутно знакомо, но… Что-то не припомню.

— Тот самый ублюдок.

— Прости, друг-орк, легче не стало, за год войны ублюдков было предостаточно.

— Ну, как же? Босс, Вы помните, что я из Каптье? Оборона Каптье ещё до войны? Бывший начальник стражи, предатель.

— Погоди. Ну да, такого помню. Волагер… А что Волагер? Откуда он тут может взяться, Гришейк? Я же, когда всё закончилось… Он же был арестован?

— Да, был. И после войны его никто не отпускал, да и с чего бы такое милосердие? Он предатель, его сразу не повесили, только чтобы нового герцога дождаться, который свершит суд.

— Да? И что герцог, что решил?

— Я не дождался, — потупился Гришейк, имея в виду ту часть своей биографии, когда поругался с отцом. Кстати, главой орочей общины Каптье, после разлада с которым мой будущий офицер ушёл в разбойники, сколотив собственную шайку, за что угодил на каторгу на пожизненное.

— То есть, конца истории про Волагера ты не знаешь?

Орк отрицательно покачал головой и продолжил:

— Он изменился, босс. Короткая седая борода, похудел, постарел, весь лоск с него сошёл, но… Я уверен, что это он. Когда он был главой стражи, мы его постоянно видели, его и его холёное лицо.