— Герцогу Росу Голицыну и Газарии, — повторил за ним лич, — и хранить ему перед всеми и полностью своё почтение, по совести, и без обмана. И пусть сама судьба пусть развеет меня в прах, если обману или предам. Да будет так!

— Клятва принята, — задумчиво сказал я. Задумчиво, потому что клятву «зачёл»Рой , посчитав завершённым вступление лича в состав Штатгаля.

— Моё существование принадлежит Вам, Владыка.

— Тебе. Тебе, не Вам. У нас тут прямолинейные нравы, без поклонов и прочей дури. Мои подчинённые имеют право называть меня на «ты» и обращаться как к командору. Это негласная традиция.

Шпренгер перевёл взгляд с лича на меня, замер на пару секунд, после чего стал снимать с него колодку.

— То, что сейчас произошло, противоречит всему, что я знал всю свою жизнь и принципам взаимодействия с мёртвыми. Однако времена особенные. К тому же мёртвые не лгут.

— А теперь, коль скоро ты мой офицер… Офицерский экзамен надо будет сдать, правило для всех одно, для живых и для мёртвых. Докладывай, что вызвало твой припадок? О какой жатве ты кричал?

Бисс Урай выровнялся как на плацу:

— Владыка. Это резонанс мира мёртвых, на уровне тонкой энергии. Сила Норгал и Озриса собирает всех мёртвых на бой. Даже скорее Озриса.

— Ага. Они идут сюда?

— Да, определённо.

— В Порт-Арми?

— Мне кажется, что нет. Зов был обращен в другое место, в более чем сотни миль отсюда.

Он показал пальцем, я прикинул направление. Запад. Точнее, даже юго-запад. Кажется, я понимаю, куда их нелёгкая зовёт. Ну ладно, какие проблемы, горячо встретим, до дома проводим. Умеем, любим, практикуем.

Глядя на лича и будучи готовым вернуть всё обратно, я стал отдавать мысленный приказ доспеху на сокрытие. Это действительно чем-то напоминало исчезновение, но мой аналог про инвентарь казался мне очень уместным.

Доспех исчезал, словно я его снял и положил, в, допустим — ранец. Только молниеносно. Я не мог заметить момента истаивания или чтобы он делал это с каким-то эффектом. Просто спустя долю секунды доспеха нет на мне и всё, без объяснений.

— Без обид, Урай, но для безопасности всех участников, в том числе и тебя самого, ты пока что поживешь под надзором Якоба Шпренгера в его гостеприимном заведении.

— Не смею спорить с этим, Владыка, тем более что комфорт не имеет значение для лича.

— Вот и чудненько. Мы пока с архимагом пойдём, нам всё случившееся надо переварить. А ты пока поболтай с главой КГБ и попробуй рассказать больше, чем до этого. Теперь это не протокол допроса, а рапорт офицера о состоянии военной структуры врага.

Распрощавшись с Шпренгером, мы вышли обратно в город. Близился вечер.