В их умах этот кусок земли автоматически получил статус новой провинции Газарии. Логичный и предсказуемый шаблон военного мышления: захватил ценный плацдарм, значит обязан его удерживать. Экспансия.

Я убрал руку с холодного камня и повернулся к Мёртвому рыцарю. Танкред неподвижно возвышался неподалеку, обманчиво расслабленный.

«Танкред, поднимай всех каких сможешь убитых в качестве нежити».

«А монстры-дикобразы и убитые в бою саблезубые?»

«Всех убитых тоже».

«А живые?» — он повернулся к парочке раненых животных.

«Нет».

Простое и понятное слово отказа. Нежить не будет никого убивать. Одно дело в бою, другое дело казнь, даже если речь идёт о животных.

Рыцарь молча извлёк из ножен свой меч и вонзил его в каменистый грунт.

Волна концентрированной некромантии прокатилась по двору, жадно впитываясь в изувеченные тела дикарей и немногочисленных зверей (всё же большая часть хищников, как только погиб шаман сбежала).

Свежее пополнение нашей армии поднималось из грязи, безмолвно пополняя ряды регулярной пехоты.

Как только последний воскрешённый дикобраз занял свое место в строю, огромная костяная машина смерти развернулась. Затем стала выходить из лагеря под изумлённым взором магов роты Фомира, которые подались в сторону от такой массовой миграции.

Я удалённо активировал портальное кольцо в направлении крепости Марка, одновременно с этим связался с самим Марком.

«В портал сейчас выйдет нежить и уйдёт обратно к себе».

«А как же сражение?» — спросил Марк. —«Только что же ушли».

«Всё. Уже всё».

«Мы победили, босс?»

«Нежить отработала по полной, всё хорошо».

Под мерный, синхронный топот армия Танкреда направилась к порталу.

Мёртвый рыцарь Танкред шагал в авангарде отступающей колонны, направляясь к мерцающему зеву портального кольца. За ним тянулась бесконечная вереница разномастной пехоты. Солдаты двигались ровными шеренгами, сохраняя строй даже на неровной, каменистой земле.

Их старые доспехи и оружие издавали монотонный сухой лязг. Никакой суеты, никаких заминок. Они получили приказ на отход, они его выполняли.

Приказ на отход выполнялся с предельной точностью.

Вслед за костяными когортами тяжело ступали новообретённые трофеи. Огромные дикобразы, ещё недавно способные напугать живых одним своим видом теперь послушно переставляли массивные лапы. В их пустых глазницах горел холодный зелёный свет, полностью вытеснивший прежние инстинкты. Мёртвые туши двигались через ворота, не удостоив даже мимолётным взглядом крепость, которую недавно охраняли, не замедляя шаг ни на секунду.

Новорождённый высший лич, бывший верховный шаман дикарей, двигался в арьергарде. Его мантия, сотканная некромагией, колыхались в такт движению, а в черепе пульсировал огонь. Никаких попыток оглянуться на захваченный алтарь, который он только что защищал, никаких воспоминаний о прежнем хозяине.