Одновременно со мной тут же оказались сердитый Мурранг и Хрегонн. Лица моих верных квизов были темнее грозовой тучи. Ещё бы, их подопечные устроили какую-то забастовку.

— Командир! — прорычал Мурранг, едва я подошёл. — Они отказываются выполнять приказ. Это бунт. Мы сейчас со всем разберёмся.

— Погодите. Эй, Гарм! Что там у тебя?

— Простите, командор, но Вы не получите наши бороды.

— Гарм, это глупость! — крикнул я в ответ. — Это всего лишь волосы! Они отрастут! Речь идёт о гигиене, о здоровье всего лагеря!

— Для гнома волосы — это вопрос его чести. Не бывает гнома без бороды! Наши бороды связывают нас с предками. Знаете ли Вы, милорд, что в первую бороду подростка вплетают волосы с бород рода его дедов, чтобы сформировать эту связь? Иные хранят эти волосы годами даже в тюрьме и лишениях. А Вы говорите…

В голосе его застыла горькая обида.

Я мельком глянул на квизов. Те, кажется, собирались довести исполнение приказа путём насилия, всех избить и насильно обрить, невзирая на расовые культурные особенности.

Я сделал останавливающий жест, пока гномы и гномы-квизы не наговорили друг другу лишнего.

Я смотрел на гномов, которые, хотя и не сказали этого вслух, но были готовы драться насмерть из-за того, что я считал не более чем санитарной процедурой. Также я понимал, что столкнулся не с бунтом, а с вмешательством в культурное табу, основы их цивилизации.

С традициями, которые были древнее, чем само королевство Маэн. Мой утилитарный, геймерский подход дал сбой. Я не учёл важнейший параметр — культуру.

— Это неповиновение, — сурово проскрежетал Мурранг, делая шаг вперёд. Его огромный боевой молот легко скользнул в руку. — Приказ командира — закон. Вы нарушили закон.

— Погодите все, пока вы тут лишнего не наговорили, — рыкнул я.

Я подошёл к сомкнувшимся в круг гномам вплотную.

Я был один, без оружия в руках, между двумя молотами и наковальней.

— Ты прав, Гарм, — сказал я громко и отчётливо, глядя прямо в горящие яростью глаза капрала. — Я ошибся. Я отдал приказ, не подумав о том, что для вас значат ваши бороды. Я судил по себе, по-человечески. Это была ошибка командира. И я её признаю.

По толпе пронёсся изумлённый вздох. Мурранг посмотрел на меня так, словно я сошёл с ума. Признать ошибку перед подчинёнными? Это было неслыханно.

— Но, — продолжил я, и мой голос стал твёрдым, как сталь, — проблема осталась. Вши — это зараза. Это болезнь. Это враг, который сидит в наших казармах и ослабляет нас изнутри. Мы не можем его игнорировать. Мы должны его уничтожить.

Я посмотрел на Гарма, а потом на его гномов.