— В топку слухи, у Вас есть я. Нет, не разграбили, мы с ними торговали.

— Удивительно. Но, а что Вы хотите сделать с нами?

— Мне надо найти с Вами общий язык. Хорошая идея, верно? Для начала, Вы согласны, что я способен раскатать ваш город в тонкий блин?

Ещё один кивок.

— Но Вы в этом не заинтересованы?

Снова кивок. Пейгди явно боялся сболтнуть лишнего и разозлить меня, хотя раздражала меня, напротив, его молчаливая пантомима.

— А если у меня нет цели ваш Вальяд разграбить? Если я и моя армия богата и без этого?

— Впервые вижу армию, которая не грабит, — осторожно прокомментировал он.

— Не совсем так. Мы тут не какие-то святые солнечного бога Кита Парганаса.

— То есть, Вы хотите откуп. Чтобы горожане собрали соответствующую сумму. И хотите поторговаться? Может, стоит пригласить других членов совета?

Я отмахнулся:

— Откуп — это просто более цивилизованная форма грабежа. Нет, есть третий вариант.

— Я весь внимание, господин Рос.

— Для этого надо понять мою мотивацию. Я не маэнец, как у вас в городе, должно быть, решили.

— Да? Слухи ходили, но какие-то неопределённые.

— Я кайеннец.

Пейгди поперхнулся вином, потому что сказанное мной…

В реалиях этого мира такое всё равно, как между делом сказать «я не француз, а чеченец». Вы, мол, меня не бойтесь. Кайенн — опасный и беспрерывно воюющий регион и его населяли достаточно «резкие» ребята, так что аналогия достаточно точная. Кайеннцы знали, что такое война, военное искусство, дисциплина, сила физическая и духовная, а маэнцы — просто ленивое и слегка развращённые жители королевства на манер Франции. Аналогию дополняет и тот факт, что Назир тот ещё надменный чёрт, которому среди лоска и блеска золота не хватало разве что фирменной картавости.

— Ну, значит, Вы не связаны клятвами верности перед его величеством Назиром? — осторожно спросил Пейгди.

— Дело вообще не в этом и предавать его я не намерен. Вы мыслите не в том направлении.

— А Вы подскажите, я попробую догадаться.

— Меня отправили вторгнуться в вашу страну, а я это с блеском проделал. Но продолжать боевые действия зимой трудно даже таким серьёзным ребятам, как Штатгаль.

— Вам нужны зимние квартиры? — догадался начальник стражи.

— Мне нужно место, где на меня не будут смотреть как на зло, где моим солдатам не будут стрелять в спину по ночам, где я не буду искать партизан и вешать семьи, где я не буду проливать кровь гражданских, не буду убеждать вас в маэнских ценностях и развешивать портреты короля Назира и его династические знаки.

— Потому что у Вас свои цели? — спросил Пейгди.

— В точку, — я тоже выпил вина и скривился от его кислого вкуса. — И в состав этих целей не входит горящий Вальяд и распятые выволоченные из домов голые вальядские девушки. Мне нужен временный тыл и для этой цели компромисс, договорённость с местными, с вами, при котором каждый получит что-то ценное для себя, что-то сохранит, останется жив и здоров.