Я криво усмехнулся. По сути, эльфы не вкладывали свои деньги, но зато брали на себя всю работу. Если то или иное оружие не продаётся слишком долго, они предлагают мне снизить цену или вернут товар. А если продаётся, то зарабатывают обе стороны. Учитывая, что товар исключительно мой, они зарабатывали очень круто.

Каждый боевой топор, даже малый, стоил как три коровы. Щит- половину коровы. Шлем — от полутора. Если мерить в коровах, у меня тут тысячи голов. Этот товар только что прибыл в город Эклатий и уже мешал мне, он занимал место и отнимал силы на транспортировку. Эльф это тоже прекрасно понимал. И не странное ли совпадение, что он прибыл точь-в-точь в тот же момент, как и оружие, захваченное в битвах с войсками Эссина и после разгрома части Лесных братьев.

— Если мы не помрём, Леголас, — прохрипел я воспалённым горлом, продолжая держать свиток в изредка подрагивающих руках, — эта война и работа Штатгаля сделают тебя самым богатым контрабандистом на этом континенте.

— Не меня, а мою организацию. Мы договорились? — серьёзно ответил эльф. — Берём на реализацию простые клинки?

— Да, конечно, ты очень выручаешь меня, друг-эльф. Хотя ты и не называешь меня другом, ты здорово помог мне.

— Потому, что всё это достаточно выгодно мне, — кивнул эльф.

Мне нравилось в нём то, что он не строил из себя того, кем не является. И вместе с тем я помнил, что, когда мне понадобилось, он бросил всё и помог мне в кратчайшие сроки попасть в Порт-Арми. Больше того, тот путь, что он тогда показал, помог провернуть вторжение туда же.

— Вернёмся к отчёту по продажам, — пробормотал я, на мгновение став похожим на пузатого алчного директора торговой формы, подводящего итого эксплуатации отдела продаж.

Я стал вчитываться в данные свитка, особенно ту его часть, которая в нижней части, в ИТОГО.

Буквы и цифры плясали перед глазами. Сказывались переутомление и болезнь.

Первая колонка — номенклатура. Мечи эпохи падения Второй Магической, зачарованные наконечники, боевые и ритуальные кинжалы с болот. Вторая колонка — цена реализации. Третья — чистая прибыль после вычета мощной доли контрабандистов.

Мой взгляд скользнул в самый низ, к итоговой сумме.

Я замер. Воздух невольно застрял в лёгких, вызвав новый приступ кашля, который я с трудом подавил.

Четыреста тысяч серебряных марок!

Я перечитал цифру ещё раз. Четыреста! Тысяч!

Вообще-то, у меня на счёте и так есть более миллиона, но эти средства как прибавлялись, так и таяли, причём таяли они в ходе войны куда быстрее, чем прирастали.

За эти деньги можно было купить небольшое герцогство целиком, вместе с крестьянами, замками и правами на престолонаследие.