— Огонь готов, — буркнул Тиль, который в приямке разжёг дрова, пропитанные маслом, чтобы стрелки зажигали в них стрелы.
Это был его первый, но не последний за сегодня огонь.
Глава 13 Утро для стрел и огня
Часовой был в шлеме. Вообще пребывать всё время в шлеме трудно. Каска и шлем, в любом варианте — это то, что утомляет. Но он его носил и этот шлем, как часто бывало, имел ремешок, уходящий под подбородок.
Было утро, и он никуда не ходил, он сидел на брёвнышке и смотрел в сторону леса. Это был его сектор наблюдения, но изрядно раздражала необходимость стоять на посту. Вместо того, чтобы незатейливо дрыхнуть в больших рыцарских скитах, которые по такому случаю занял их отряд. Всё-таки довольно удачно, что по жребию им досталось охранять никому не нужные броды.
Часовой, наверное, в тысячный раз поправил копьё, которое постоянно норовило упасть.
Он считал, что им достался хороший жребий. Топать вслед за армией маэнцев и наёмников, чтобы дать им бой — сомнительное удовольствие. Мало того, что набегаешься, так ещё и рискуешь умереть. А умереть уставшим — что может быть хуже?
Зато вот охранять броды, которые никому не нужны, работа лёгкая… Ну, почти, кроме именно него, кроме конкретно его работы — торчать тут под утро. Впрочем, ничего, скоро капрал сменит его на посту.
Солдат зверски зевнул, так что шлем съехал на лоб. Ему показалось что пара веток в лесу перед ним качнулась, хотя ветра ещё не было.
Было светло, но солнце ещё не взошло, всё было видно, несмотря на то, что сонливость норовила закрыть глаза. Ну, что ветки, мало ли, чего они качнулись?
Эльфы… Эльфы лучшие диверсанты, они плавные и грациозные как кошки, сильные и ловкие, они умеют двигаться бесшумно. Например, могут пройти вдоль берега и не хрустнуть ни одной веткой. Они могут зайти за спину солдата и увидев, что он придрёмывает, резким рывком дёрнуть на себя, сделав так, чтобы ремешок от шлема впился в горло часового. В силу чего он не смог бы не вымолвить ни слова. Пока эльф-разведчик Сводной роты не сделает один резкий укол, пробив кожаную броню на спине и поразив сердце часового.
Эльф сделал это так быстро, что успел даже подхватить спадающего с бревна часового и его копьё, чтобы оно не упало.
Устроив ликвидированного солдата у бревна и положив копьё, эльф трижды махнул рукой, показывая своим в лесу, что часового снял, можно продвигаться.
То же самое повторилось с ещё пятью часовыми, двое из которых наблюдали за рекой, трое за лесом.
Они были поражены ножами, в упор, со спины. Не особенно благородно, но война — не место для благородства.