— Ко мне! Быстрее! — прикрикнул на них Иосиф, ни на миг не переставая шевелить затянутыми в черные кожаные перчатки пальцами. Сейчас его осунувшееся лицо казалось сшитой из отдельных лоскутов физиономией тряпичной куклы, а в глазах разгоралось зеленоватое сияние. — Живо!

Парни бросились исполнять приказ; я заметил непонятное смазанное движение и ткнул рукой в снежную круговерть:

— Вон там!

А в следующий миг из-за торчащей из сугроба верхушки бетонного забора взметнулась налившаяся чернотой тень!

Крутнувшийся на месте Иосиф взмахом руки отправил в призрачную тварь очередную молнию, тень сиганула в сторону, и молния впустую разнесла на куски бетонный столб. Но на этот раз колдун просчитал ситуацию на несколько ходов вперед, и, когда увернувшееся от боевых чар пятно тьмы скользнуло к полыхавшему белым огнем шару-накопителю, Иосиф позволил выплеснуться переполнявшей его энергии.

Мать!

В один миг спалившая призрачную тварь вспышка ударила по глазам и, казалось, пронзила меня насквозь, а потом со всех сторон нахлынул невыносимый холод.

И вот это уже оказалось последней соломинкой…

Аут. Я отключился.

А очнулся в каком-то подвале.

Почему возникли ассоциации именно с подвалом?

Все просто: темно, низкий потолок, отсутствуют окна, и залит бетоном пол. Да к тому же вдоль голой стены тянутся ржавые водопроводные трубы.

Подвал — без вариантов.

Не решаясь вот так сразу пошевелиться, я прислушался к своим ощущениям и решил, что жить буду. Возможно, работая на одни лекарства, но — буду. А это уже само по себе очень даже неплохо.

Главное только — из города выбраться. И вот это по понятным причинам будет сделать совсем непросто. Тут мало того что разогнуться из-за впившейся под левую лопатку боли толком не могу, так еще и перед глазами непонятные разноцветные круги мельтешат. Да и в остальном самочувствие желать лучшего оставляет.

— Напалм! — тихонько позвал я. — Ты здесь?

— Здесь, — отозвался из противоположного угла пиромант. — Живой?

— Ага. Как сам?

— Лучше всех, но никто не завидует! — прошипел Напалм. — Не вижу ни хрена, а так все замечательно просто!

— Совсем не видишь? Тут темно, если чё.

— Да не в темноте дело! Я ведь прямо на шар смотрел, когда этот придурок его подорвал! Теперь только силуэты непонятные удается различить, и все.

— Пройдет, — пробормотал я и, перебравшись к приятелю, наткнулся на валявшегося рядом с ним гимназиста. — С этим что?

— С Йосиком-то? — Пиромант толкнул ногой лежавшее рядом с ним тело. — Живой.

— Это понятно.

— Перенапрягся. Да и буря еще…

— А остальные? — Ни охранников, ни возницы в подвале не оказалось.