— Встаньте, дети, встаньте в круг, — тихонько пробормотал себе под нос пиромант. — Результат, блин, почти такой же…

Иосиф тем временем переполз на чистое место и начал рисовать на грязном бетоне цепочку колдовских символов. Магии в маркере оставалось все меньше и меньше, но, к счастью, колдун закончил заклинание, прежде чем она окончательно иссякла.

— Все, — выдохнул тяжело привалившийся к стене гимназист. — Я сделал все, что мог.

— И что дальше? — недовольно пробурчал Напалм.

— Дальше не трогайте меня, — ответил Иосиф и закрыл глаза.

— Ну здорово! — возмутился пиромант.

— Да ладно, успокойся, — присел рядом с нами охранник в камуфляжном полушубке. — Давайте знакомиться. Василий.

— Никита, — представился его напарник, загонявший крупнокалиберные винтовочные патроны в магазин «марлина».

— Евгений, — откликнулся я.

— Костя, — помедлив, сказал Напалм.

— Петр Степанович не в форме, — указал на возницу один из парней.

— Я все слышу, — выдавил из себя дядька, ловя открытым ртом воздух.

— Ну, тогда давайте решать, как быть дальше, — усмехнулся Василий, резонно решивший не давать нам расслабиться и раскиснуть.

— А чего там решать? — поморщился Напалм. — Какие варианты? Пока буря не кончится, здесь сидим.

— А потом? — без какой-либо подначки спросил Василий. — Нам потом еще через полгорода идти. Как у вас с боекомплектом, кстати?

— Восемнадцать в патронташе, восемь в магазине, один в стволе, — отрапортовал массировавший закрытые глаза пиромант. — Итого двадцать девять.

— Чего⁈ Это как так ты насчитал?

— Тьфу ты! — ругнулся Напалм. — Двадцать семь, конечно же.

— У меня девятнадцать к мосинке, — ответил я, намеренно умолчав про револьвер, и открыл магазин трехлинейки. Два вывалившихся в ладонь патрона положил на колени, потом выудил последний и уже через затвор вновь зарядил винтовку.

— Никита, у тебя как? — окликнул напарника неугомонный Василий.

— Порядок, — вытянув ноги, уселся тот поблизости от колдуна. — К винтовке штук тридцать и пара банок «свинцовых ос».

— Хорошо тебе, — вздохнул парень и провел пальцем по донышкам гильз двенадцатого калибра в патронташе на левом предплечье. — У меня два по восемь только.

— Что, поленился нормальный боекомплект с собой возить, теперь локти кусаешь? — неожиданно едко произнес давненько уже до того молчавший Петр Степанович.

— Так все в санях осталось! — досадливо поморщился Василий. — Ладно, у вас как?

— Двадцать четыре патрона в патронташе, два в обрезе. Поделиться с тобой, олух?

— Хорошо бы, — вздохнул охранник.

— Восемь штук, больше не дам.

— Восемь — это за глаза, — оживился подставивший руки Василий. — Верну сразу, как выберемся.