— Мимо, папа, — Сашка и ухом не повёл, — я на полигоне все сделал, как ты учил.

— Хвалю, боец! Можешь…

— Э-э, пап, я наверх пойду, — Сашка быстро предпринял тактическую уловку, именуемую бегством, пока его ещё какой-нибудь работой не нагрузили. — Я там ребятам обещал…

Под весёлую улыбку отца сын быстрее Электроника слинял с глаз долой, хлопнув дверью в одну из спален парней. Вздохнув, Михаил занялся разогревом ужина на весь честной народ.

— Большая семья — это хорошо, — бурчал он, устанавливая на плиту десятилитровую кастрюлю с борщом и вторую, поменьше, с куриным супом, — но, блин, так и спина отвалится, эти вёдра целыми днями туда-сюда тягать. Бедная Валентина, попробуй прокорми такую ораву оглоедов.

— Бой мой, что я слышу⁈ — донеслось от двери на кухню. — Скажите, это признание моих заслуг?

— Ну что вы, Валентина, слуховые галлюцинации ныне в тренде, разве можно дождаться признательности от такого чёрствого и невоспитанного мужлана, как я? — ёрнически усмехнулся мужчина.

— К слову, оружие я почистила. В баню пустите?

— Уже настучали, — тяжело вздохнув, констатировал факт Михаил. — Вот так всегда, стоит проявить твёрдость, как молва начинает рисовать цербера и кровавого душителя свобод, который у бани сидит, в три глотки на всех лает и никого в рай адской парилки не пускает. Скоро направо и налево кусаться начну. Там ещё очередной бунт не вызревает, а то вдруг я чего-нибудь пропустил?

— Ну что вы, Антон за вас, а Вера за Антона.

— Фу, успокоили. Значит, эту ночь могу спать спокойно. А вы, Валентина, за меня?

— А я с вами, Михаил Павлович, — опустилась на стул женщина, сложив кисти рук на коленях. — В одной лодке гребём, хотя порой у меня возникает острое желание приласкать вас чем-нибудь тяжёлым… Вот, ей-богу!

— О-у, — вздёрнул брови Михаил, — открою страшную тайну, Валя, не вы первая мечтаете совместить плоскость сковороды с моим лицом. Говорят, что после двадцати характер не переправить, но я постараюсь исправиться. Честно-честно, может быть… Кстати о баньке, злобный цербер в моём лице абсолютно не возражает.

— Спасибо, уважили. На дальнюю левую конфорку кастрюлю не ставьте, она с утра барахлит, Антон обещал посмотреть.

— Ясно, не забыть напомнить себе при выезде в город взять в магазине новую плиту.

— Уж не забудьте, будьте добры, — выходя из кухни, женщина оставила со собой последнее слово.

Дни потянулись за днями. Чтобы пресечь всякий разброд и шатания, Михаил старался нагружать окружающих по максимуму, чередуя очередность работы групп в поместье и выезд в город, строительство на скотном дворе и монтаж теплиц из поликарбоната, землю в которые приходилось возить с соседних дач. Ежедневно по часу и больше уходило на стрельбу. Тренировались все поголовно. Теперь без пистолета на боку по магазинам никто не ходил, даже Сашка с Лизой и Мариной. Михаил, Антон и Виктор дополнительно таскали с собой автоматы. В воображении молодых людей мегаполис превратился в настоящую «зону», полную опасностей и с каждым днём их количество только росло.